— Существует высокая вероятность, что именно дочь сестры втянула Лубну в спираль радикализации. Рашида, то есть кузина, занесена в список «S, - потому что четыре года назад она сопровождала в Стамбул женщину, которая сразу же после этого отправилась в Сирию. Короче говоря, Лубна в конце концов нашла себе квартиру в социальном жилье. Она живет там одна, начинает посещать известные сайты под псевдонимом, смотреть видео, подписываться на каналы типа «Меч Света . - С Рашидой они по-прежнему видятся, общаются в Telegram… Конечно, у нас нет доступа к сообщениям, однако этот набор фактов привёл к созданию на неё досье категории «S.

В этот момент он поднял лицо к солнцу, словно ящерица на скале. У него была не только причёска Траволты. У него были те же соблазнительные голубые глаза. Из тех, которые, без сомнения, заставляли женщин бросаться к нему в постель.

— Мы некоторое время держали её под наблюдением, но с течением недель её радикальные настроения пошли на убыль. Она больше не общалась с Рашидой, забросила сайты, работала и оплачивала счета. Всё это, казалось, осталось позади, поэтому мы ослабили контроль, и Лубна Кадаши исчезла с наших радаров. Дальше вы знаете: вот она снова, два года спустя, сгорела в своей машине. Жандармы, ведущие расследование, обнаружили, что она числилась в базе данных и собиралась совершить террористический акт в детском лагере. Они позвонили нам. Конец истории.

Он притушил окурок об угол скамейки и вздохнул с покорностью.

— Кадаши была далеко не дурой. Она научилась проскальзывать мимо систем контроля. Она не носила хиджаб, не посещала мечети, но вела свой джихад. Вот, в общем, всё, что я могу вам сказать. Остальное — возможные связи, её контакты — всё это ещё находится в работе в DGSI, поэтому вам недоступно. Зато, поверьте мне, если бы среди этих людей был ваш убийца, мы бы его уже поймали. Они находятся под наблюдением.

— Под наблюдением, как Лубна? — тут же отпарировал Вик.

— Не будьте грубы, лейтенант…

Виньоль подошёл к ближайшему мусорному баку, чтобы выбросить окурок, а затем вернулся.

— Теперь ваша очередь раскрывать свою информацию.

Он сыграл честно, поэтому Вадим рассказал о втором трупе. Однако он не упомянул о уликах, связанных с его женой, оставленных убийцей. Со своей стороны, Вик испытывал глубокое разочарование, потому что чувствовал, что в истории Артура Виньоля что-то не сходится, хотя и не мог определить, что именно. Вернее, он знал: в машине сгорела не Лубна Кадаши, а это означало, что кто-то всё подстроил, чтобы он так подумал, и, главное, что настоящая Лубна в тот момент была ещё жива. Как разведслужбы могли ничего не заметить?

Сжав губы, Артур Виньоль записал в черный блокнот «Moleskine» имя молодого полицейского из Аннеси. Что-то в его выражении лица изменилось. В нем промелькнула какая-то серьезность, которую он пытался скрыть. Он поднялся и засунул блокнот на дно кармана.

— Хорошо, господа, на этом все, — заключил он, протягивая руку. Я буду следить за ходом вашего дела. Я работал в криминальном отделе, знаю, что это такое. Уверен, вы быстро найдете правдоподобное объяснение по поводу вашего трупа…

С этими словами он повернулся к ним спиной и неторопливо удалился. Вадим достал пачку сигарет. Этот придурок даже не предложил ему одну.

— Что ты об этом думаешь? — спросил он, зажигая спичку.

Вик прищурился, ослеплённый солнцем, чьи уже яркие лучи падали на статую Анны Бретонской. Люксембургский парк словно загорался.

— Я думаю, что этот тип что-то от нас скрывает… Он рассказал нам только самое необходимое. И у меня даже создалось впечатление, что он уже знал о втором убийстве.

— Почему ты так думаешь?

Вик прикоснулся кончиком указательного пальца к носу.

— Полицейское чутьё, знаешь?

57

Было уже больше 10:30, а Мелиссы всё ещё не было. Спрятавшись в полумраке часовни, Сибилла вглядывалась в дорогу в надежде, что девушка появится. Но тщетно. Она подождала ещё десять минут и решила пойти проверить в её шале, всё ли в порядке. Может быть, она просто забыла об их встрече? Сформулировав эту гипотезу, она поняла, что ни на мгновение в неё не верит. Что-то случилось.

Она вернулась на главную улицу, прошла мимо своего собственного подъезда и свернула на прогулочную тропинку, чтобы избежать камер. Сегодня дул сильный ветер, ветви трепетали, верхушки сосен колыхались, издавая зловещий скрип. Лонжепен был в ярости. Сибилла плотнее прижала к себе полы жилета. Словно сама деревня хотела помешать ей заглянуть в её недра.

С самого пробуждения в её голове крутился один номер.

1928. Если её сон говорил правду, то у неё был «сезам, - позволяющий выйти из дома во время изоляции. Чтобы узнать, что они там творили снаружи, пока все были заперты в иллюзии безопасности. Однако оставалось два препятствия: ей ещё предстояло обмануть бдительность Эрвана и, поскольку этот код можно было использовать только один раз за ночь, применить его раньше него.