Женщина держала ладонь козырьком и щурилась. Зверь ее тоже щурился, но не от солнца. Полина поняла, что пса попросту унесет ветром, если он отлепится от ног человека.

– А, ну да… – проговорила Полина, – остров летающих собак.

В файле сопроводительной информации она читала, что в пятнадцати километрах от биостанции МГУ есть небольшое поселение ненцев, а в соседней бухте за утесом научная база компании «Vita Aeterna». Старуха с собакой вряд ли работала на «Виту», но явно скучала, раз притащилась за пятнадцать километров поглазеть на вертолет.

Пока студенты выгружались, она все так же стояла в стороне, и Полина почти забыла про нее. Вокруг было много другого, заслуживающего внимания. Точнее, немного. Полина недоверчиво разглядывала маленький оранжево-белый барак, упирающийся одним концом в купол диаметром не больше пятнадцати метров. У купола стояла мачта с флажками и антеннами, а чуть поодаль, на полпути между станцией и берегом, вращал лопастями ветряк. Все.

– Чего так тухло-то? – не сдержалась Полина.

– А ты хотела как на Беломорской, чтоб небоскребы, ангары и дендропарк? – хихикнула стоявшая рядом девушка.

Ответить Полина не успела. К студентам, столпившимся возле горы рюкзаков и пластиковых контейнеров, подошла, придерживая пса за загривок, та самая старуха. Под распахнутой шубой виднелась ярко-красная толстовка с кругляшом МГУ.

– Да ладно… – еле слышно пробормоталаПолина.

* * *

Алевтина Погосова любила встречать первокурсников у вертолета в старой шубе и при посохе с набалдашником из черепа песца. По лицам студентов она мгновенно читала, кто из них хоть что-то о ней знает. Среди этих только высокая красотка с роскошными соболиными бровями и капризными губами уставилась в изумлении, остальные почтительно улыбались.

– Торова, нявакх! – громко сказала Алевтина, покосившись на пилота Евсея, который, прихрамывая и ухмыляясь, тащил мимо них в сторону купола тяжелый баул.

Евсей наблюдал это шоу каждый год и шутил, что Алевтина уже совсем стара, раз не в состоянии придумать новое развлечение. А она не спорила. Ей нравилось. На сотом году жизни можно себе позволить какие угодно мелкие удовольствия.

– Торова, Алевтина Ильинична! – нескладно, но старательно прокричали сквозь ветер студенты. Только красотка промолчала, подняла брови, а потом прищурилась и сердито зыркнула по сторонам. Что-то произнесла, судя по губам, поздоровалась, но совсем неслышно. С ней было все ясно. Чужая, раз никто не предупредил.

Алевтина вздохнула. Разрозненные группы у нее бывали, и даже не всегда по окончании практики становились единым целым, но так чтобы одна против всех – такое впервые. Пес Кимура будто прочитал ее мысли, переступил лапами и тихонько заскулил.

– Айдате, поселим вас поскорее, а то ветер унесет, – сказала она и, все так же держа Кимуру за меховой загривок, пошла к бараку.

Первокурсники похватали рюкзаки и посеменили за Алевтиной, но она, обернувшись через плечо, вдруг остановилась. Недовольная красотка надела рюкзак и отстала, потому что взяла в каждую руку по контейнеру с лабораторным грузом. Единственная из пятнадцати. И теперь уже Алевтине пришла пора удивленно поднимать брови.

– Ох, блин! – воскликнул чернявый парнишка, шедший прямо за Алевтиной. – Точно, надо было сразу еще что-то схватить.

Из-под его шапки выбивались густые кудри, а лицо было удивительно пропорциональным, как портрет античного героя. «Фаюмская морда», – подумала про себя Алевтина. Она привыкла моментально давать определения новым людям, выделявшимся из общей массы.

– Стас, потом сбегаем! – тут же остановилась рядом миловидная, но недовольная девушка, ладная и круглая, как засахаренная клюква.

Пока эти двое смотрели на красотку, несущую контейнеры, остальные быстро обогнули их, спеша спрятаться от ветра за стенами барака.

Кимура вырвался из руки Алевтины и, путаясь под ногами студентов, забежал в распахнутую дверь. Красотка зашла последней, одарив презрительным взглядом стены, пса и красные спины своих одногруппников, но Алевтине улыбнулась, а потом решительно сообщила:

– Я принесла свою часть груза, так что больше на улицу не пойду.

– Лады, – пожала плечами Алевтина. Месяц обещал быть непростым.

* * *

Нюра Бойко не сомневалась в своем обаянии. Кроме случаев, когда в радиусе внимания ее Стаса появлялся кто-то высокий, худой и привлекательный. Модельные параметры, невозможные с собственнойфигурой, нервировали Нюру.

Когда вместо Киры Петровой к самолету, вылетавшему с университетского аэродрома к Новой Земле, подошла эта породистая лошадь Полина Серова из группы Б-36-1, Нюра напряглась. Времени выяснять у старосты, что случилось, не было, и Нюра решила разобраться уже на месте. Главное, что Стас пока не интересовался Серовой.

Но на биостанции он чуть было не бросился той помогать нести дурацкие контейнеры, и Нюра поняла – пора действовать.