– Для рекламы – отлично, конечно. Но постоянно сообщать, где ты находишься, – одновременно и риск, – пробормотал Коннор. – Итак, на этой недавней встрече она общалась с восемью людьми, которые, судя по всему, были ей незнакомы. Кто-то из них решил последовать за ней? Или наоборот – опередил и устроил засаду?

Кэми невольно подумала: а вдруг Патти просто не повезло – и на той встрече она привлекла внимание убийцы.

– Нужно присмотреться к этим восьмерым повнимательнее, держа в уме возможность обоих убийств. Нам нужен тот, кто мог поехать в океанариум после встречи. И ещё – тот, кто вчера мог выйти на туристические тропы и убить Лиэнн. Любая из этих точек соприкосновения даст повод копнуть глубже.

– Я займусь, – сказала Кэми. Ей было приятно, что Коннор так решительно ухватился за предположение, которое она высказала.

– Давай, начни с активности в соцсетях – посмотрим, что найдёшь, – предложил Коннор. – Ищи всё, что может дать нам зацепку. А я пока поговорю с полицией и попробую выяснить сроки, когда этот океанариум снова откроют. С обречённой ноткой в голосе он зашагал обратно в гущу спора, оставив Кэми разбираться со встречей.

Это была встреча с членами Милуокского общества искусства и драмы, увидела она. На презентацию макияжа, которую проводила Патти, пришли восемь человек из общества. После основной встречи Патти назначила ещё две короткие – с двумя из этих восьми. Так что общество заняло у неё весь день.

Итак, кто же были эти восемь и можно ли как-то отследить, где они находились?

Кэми нашла в интернете групповое фото, сделанное на встрече вместе с Патти, – там были указаны все имена и личности. Терпеливо, работая как можно быстрее, она сопоставила каждого с его профилем в соцсетях.

Кэми предположила, что убийца не стал бы публично отмечаться на месте преступления, так что терять на это время она не собиралась. Ей нужны были другие способы. Хитрые.

Погружённая в работу, она перестала обращать внимание на спор в нескольких метрах от неё, лишь смутно замечая, что дело, кажется, идёт к развязке и что они наконец приходят к согласию. Во всяком случае, голоса стали тише.

Хотя Кэми знала, что полиция уже провела здесь первичную проверку и не нашла связей, она на всякий случай быстро посмотрела, есть ли между жертвами хоть какая-то связь с точки зрения соцсетей. Но не нашла ничего – кроме того, что у обеих были многие тысячи друзей, контактов и подписчиков на разных платформах и что часть этих аудиторий неизбежно пересекалась. Но общих близких друзей или прямых рабочих связей не было.

Женщины отличались по возрасту. У них были разные профессии. Единственное общее – обе были заметными фигурами в соцсетях и имели большую публичную аудиторию, в которой, вероятно, совпадало несколько тысяч человек.

Из тех восьми, с кем Патти встречалась, Кэми исключила пятерых – у них было очевидное алиби на время убийств. Все пятеро сразу после встречи с Патти отправились на репетицию спектакля – как говорилось в подписи к последующему фото.

Осталось трое: вице-президент общества и двое участников. Как ни странно, эти трое были единственными мужчинами в группе. Пятерых женщин исключили.

Присмотревшись внимательнее, Ками особенно зацепилась взглядом за одного из мужчин.

Это был вице-президент общества – Ник Симмел. Ник привлёк её внимание потому, что жил совсем рядом с тем местом, где погибла Лиэнн. Его адрес находился всего в паре миль от точки, где её нашли утонувшей.

Нику было тридцать восемь, и он не был женат. Жил один. Но больше всего её насторожило другое: он был из тех, кто подписывается и следит – на разных платформах. Причём за Лиэнн и Патти он начал следить совсем недавно. Для Ками это было тревожным сигналом.

Неужели он выбрал их намеренно, рассчитывая устроить серию убийств? То, что он холостяк, одиночка – делает ли это более вероятным? Она не знала наверняка, но решила проверить, где он был после вчерашнего собрания.

Ками открыла его профиль в соцсетях и принялась изучать. Она сразу поняла: легко не будет. Тот, кто убил этих двух женщин, не станет выставлять свою вину напоказ в соцсетях. Он будет заметать следы как сможет.

Но попытаться она была обязана.

В соцсетях она не нашла ничего, что связывало бы его с океанариумом, зато после небольшого поиска выяснила марку и цвет его машины. Серебристый внедорожник «Форд», и, копнув глубже, Ками нашла номерной знак.

Она не была уверена, что это хоть к чему-то приведёт, но помнила: у въезда на главную парковку, которой пользовались океанариум, дельфинарий, сувенирная лавка и маленькая кофейня, висела камера.

Есть ли шанс, что его машина попала в объектив?

– Коннор, кажется, у меня кое-что есть, – сказала она, увидев, что он наконец закончил обсуждение и быстрым шагом возвращается к ней.

– Да? Что ты нашла?