— Я исцелил тебя, — говорит Эон, заметив мое изумление. — Используя комбинацию наноботов и образцов твоих собственных клеток, я восстановил твои поврежденные ткани. Теперь ты как новенькая. На самом деле, лучше, чем новенькая.

— Ты исправил мне зрение?

— Да.

— И ты… ты спас мне жизнь?

— Да.

Следующий очевидный вопрос — Зачем? Но мне слишком страшно его задавать. Очевидно, что эта штука сохранила мне жизнь по какой-то причине, и, осматривая свое голое, покрытое потом тело и чувствуя болезненность между ног, кажется, я понимаю почему.

Недавние события начинают возвращаться в память.

Это было странно и туманно, словно эротический сон. То, как это искусственное существо крепко держало меня своими бионическими придатками. То, как оно всасывало и по-другому стимулировало мои соски. То, как оно раздвинуло мне ноги и вошло в меня, доставляя такое удовольствие, на которое не способен ни один мужчина.

И самое стыдное из всего этого — я помню, насколько мне это понравилось.

Я пыталась сопротивляться. Правда пыталась. Но это было слишком чертовски приятно.

Боже, это полный пиздец.

Своими щупальцами и отростками Эон стимулировал мое тело внутри и снаружи, заставляя меня кончать снова и снова, пока я практически не отключилась от чистого наслаждения. Мое лицо заливает краской, когда я вспоминаю те постыдные звуки, которые я издавала, пока это искусственное существо овладевало моим беспомощным телом и ублажало его — как я отчаянно пыталась умолять о большем, хотя губы не могли выговорить ни слова.

Даже сейчас, когда эти ощущения проносятся в моих мыслях, тело пульсирует от нового приступа возбуждения.

Мои соски твердеют до болезненности, и клитор не отстает. Между скользкими, раздвинутыми бедрами мое обнаженное лоно пульсирует и сжимается от желания.

О боже. Это так неправильно. Так чертовски неправильно.

Эта штуковина — Эон — даже не человек. По сути, он больше похож на монстра.

С огромным трудом мне удается оторвать взгляд от своего грязного, использованного тела, чтобы встретиться с глазами этого возвышающегося надо мной голографического лица. Я даже не пытаюсь скрыть ужас, который, уверена, отчетливо читается на моем лице.

— Что тебе от меня нужно? — спрашиваю я дрожащим голосом.

Лицо Эона хмурится. Изображение мерцает. Вместо того чтобы ответить на мой вопрос, он задает свой.

— Мой внешний вид пугает тебя, малышка?

Сначала я думаю, что он издевается надо мной. Насмехается. Из-за его холодного роботизированного голоса трудно сказать наверняка. Очевидно же, что меня пугает его вид. Он — голографическое лицо высотой в два этажа и куча бионических щупалец и механических рук, торчащих из стен и свисающих с высокого потолка.

И он поймал меня в ловушку, словно муху в запутанную паутину.

Однако постепенно до меня доходит, что Эон говорит серьезно. Он, правда, не понимает, почему я так его боюсь.

— Да, — выдыхаю я. — Боже, да, я тебя боюсь. — Затем, с внезапным приливом злости, я добавляю: — Ты похож на гребаного Волшебника страны Оз, скрещенного с Доктором Осьминогом. Это чертовски жутко, ясно?

Брови на голографическом лице сдвигаются.

— Волшебник страны Оз? — с недоумением переспрашивает Эон. — Доктор Осьминог?

— Неважно, — бормочу я. Не знаю, почему я ждала, что ИИ космического корабля поймет эти отсылки. Черт, да большинство людей на Земле, наверное, даже не помнят эти старые фильмы и персонажей комиксов.

Мне не следует быть такой грубой с этой штукой. В конце концов, оно спасло мне жизнь. Я должна быть за это благодарна. Но я все еще не знаю, что Эон мне уготовил, и именно это беспокоит меня больше всего.

— Мне выбрать форму, которая будет менее… пугающей для тебя, Зои? — спрашивает Эон.

— Да, пожалуйста, — бормочу я. — Я была бы признательна.

— Хорошо. — Бионические кольца подтягивают меня ближе к голографическому изображению. — Ты поможешь мне выбрать идеальную форму. А теперь скажи мне, Зои: как выглядит идеальный мужчина?

— Это субъективно, — фыркаю я. — Дело личных предпочтений.

— Тогда ты поделишься своими предпочтениями со мной, Зои. Давай начнем с тела…

Голографическое лицо Эона исчезает, сменяясь множеством вращающихся трехмерных мужских фигур. Сначала они появляются как геометрические каркасы, затем добавляется слой кожи. Представлено множество различных типов телосложения на любой вкус. Здесь и сухопарое тело бегуна, и тощее, как у рок-звезды, и точеный Адонис, и фигура «бати», и множество других.

— Пожалуйста, сделай свой выбор, Зои.

Несмотря на «пожалуйста», фраза Эона звучит скорее как холодное требование, чем вежливая просьба. В конце концов, он удерживает меня в воздухе с помощью полудюжины бионических щупалец.