Он не раскопал ни единой улики против меня, но интуиция твердит ему, что я замешана в грязных делах. И его чутье не ошибается. Оно вступает в яростный конфликт с вожделением к моему телу. Я отчетливо ощутила это, когда его пальцы впились в мои волосы, пока я стояла перед ним на коленях, а он хрипло требовал продолжать.

Он жаждет не просто арестовать меня, он хочет обладать мной. И я вижу, как его стремление упрятать меня за решетку борется с первобытным инстинктом уложить меня в постель.

И мы могли бы стать чем-то гораздо большим.

Ведь мы оба одержимы одной целью — справедливостью. Просто мой путь к справедливому возмездию выглядит совершенно иначе. Но внутри мы одинаковы, и ему необходимо это понять. Он просто обязан это увидеть.

Входная дверь отворилась и захлопнулась. В комнату вихрем влетела Мейв, с разбегу опускаясь на диван рядом со мной.

— Со свидетелями покончено, — щебечущим тоном произнесла она, подмигнув. Я приподняла брови, безмолвно выпрашивая подробности этого дела.

Мы со Стеллой готовы зайти на сколько угодно далеко ради прекращения кругов пыток и насилия, но Мейв всегда идеальнее всего справлялась со своей многолетней ролью, обеспечивая административную поддержку. Да и Стоун, хоть и берет на себя львиную долю подготовки и последующей уборки дерьма после наших со Стеллой выходок, обычно старается не пачкать руки слишком сильно. По крайней мере, насколько мне известно.

Мейв небрежно повела плечом, а на ее губах заиграла лукавая усмешка.

— Ни один из них теперь не уверен, кого именно видел за рулем. Особенно после того, как я заявила, что тоже находилась там в тот день и готова поклясться, что это была какая-то байкерша с бритой головой и жутковатым парнем на пассажирском сиденье.

Я коротко прыснула, ведь это описание ни капли не походило ни на одну из нас. Даже если свидетели изначально разглядели кого-то, похожего на меня, теперь они, весьма вероятно, изменят свои первоначальные показания, что в глазах судебной системы выставит их абсолютно ненадежными.

— Ты тащилась в такую даль только ради того, чтобы запудрить мозги свидетелям?

Она прижала ладонь к груди, притворно оскорбившись.

— Ты говоришь так, будто я не способна на подобное, — она выдала мне наглую улыбку. — Но вообще-то не только ради этого. Там неподалеку был один мост, который мне давно хотелось посетить. Поговаривали, туда недавно забрела одна художница, так что мне захотелось оценить ее мазню и оставить там скромное напоминание о себе.

— Убила двух зайцев одним выстрелом, — безучастно подал голос Стоун.

— Именно.

Настроение Мейв мгновенно переменилось, стоило ей уловить витающее в комнате напряжение. Ее обеспокоенный взгляд заметался между нами троими.

— Что стряслось?

— Хлоя пристегнула Колина наручниками в своем гараже, — просветил ее Стоун. Мейв резко крутанула головой в направлении двери гаража, округлив глаза.

— Я его отпустила, — поспешила заверить ее я.

— После того, как отсосала ему, — вставила Стелла, отчего Мейв запрокинула голову и залилась звонким хохотом.

— Вообще-то, это случилось прямо в процессе, — попыталась возразить я.

— Ты просто сошла с ума, — беззлобно поддразнила меня Мейв.

— Это не смешно, Мейв, — строго осадила ее Стелла. — Он буквально собирается упрятать нас всех за решетку. А нам со Стоуном предстоит еще уйма работы, — она покосилась на Стоуна, и тот подбадривающе сжал ее плечо.

Я видела, что Мейв не терпится выудить из меня пикантные подробности моей интрижки с Колином, но она послушно сползла с дивана, обогнула журнальный столик и опустилась на колени перед Стеллой.

— Детка, — произнесла она, бережно перехватывая ладони Стеллы в свои. — Никто не сядет в тюрьму. Хлоя никогда в жизни не сделает ничего, что могло бы подвергнуть нас опасности. Верно, Хло? — она повернула шею в мою сторону, глядя на меня мягким взглядом. Я встретилась с затуманенным слезами взглядом Стеллы, пересела поближе, устраиваясь между ней и Стоуном, и крепко обняла ее за плечи, притягивая к себе.

— Ну конечно. Никогда в жизни. Я скорее прикончу любого, кто посмеет хотя бы задуматься о том, чтобы причинить вред кому-то из нас.

Стелла тихонько рассмеялась, что было добрым знаком, свидетельствующим о том, что подступающие слезы отступили.

— Технически, это нарушает наши правила.

— К черту правила, — отшутилась я.

Колин может пытаться упрятать меня в тюрьму сколько его душе угодно. Если дело дойдет до крайностей, я самолично преподнесу себя ему на серебряном блюдечке. Я уже вовсю обдумывала план, как гарантировать Мейв, Стелле и Стоуну полную неприкосновенность, если мне все же придется пойти на дно. Мы ввязались в это вместе, каждый следовал своим зацепкам, но большая часть нашей недавней активности крутилась именно вокруг меня и моих дел. Я просто не позволю им расплачиваться за это.

И само собой, я никогда не смогу поднять руку на того, кто этого не заслужил. В моих венах не течет настолько дурная кровь.