После ужина он вышел прогуляться по городу. Он увидел длинный мост. В ночной темноте раскинулось озеро Синдзи. По берегам его мерцали редкие одинокие огни. Глядя на ночной пейзаж, на озеро и незнакомые места, он почувствовал тоску.

Вернувшись в гостиницу, Иманиси попросил прислать массажиста. Для его командировочных это было слишком расточительно, но он решил позволить себе такую роскошь. В молодости, что бы ему ни пришлось пережить, он никогда не уставал так сильно. Наверное, возраст, подумал он.

Иманиси заплатил массажисту вперёд и сказал: — Во время массажа я могу уснуть. Если усну, уходите без стеснения. — Когда массажист разминал его вытянутые на постели руки и ноги, Иманиси и впрямь стало клонить ко сну. Постепенно он перестал отвечать на замечания массажиста. Он заснул.

Около четырёх утра Иманиси проснулся. Перевернулся на живот и закурил. Потом достал записную книжку и задумался. Пытаясь сочинить стихотворение, он снова уснул.

На следующее утро Иманиси сел на линии Кисуки на станции Синдзи. Он ожидал увидеть что-то старомодное, но поезд оказался дизельным. Однако пейзаж за окном вполне соответствовал смутным ожиданиям Иманиси. Горы теснились всё ближе, полей становилось меньше. По мере движения поезда река то появлялась, то исчезала из виду.

Среди пассажиров были главным образом местные жители. Иманиси прислушивался к их разговорам. Он улавливал повышение тона в конце фраз. Но не характерный «дзу-дзу» выговор.

Иманиси вышел на станции Минари в посёлке Нита. Станция была маленькой, однако, по-видимому, служила центром Ниты. Спустившись по пологому склону от станции, он пошёл по сонной улице, вдоль которой тянулись лавки электротоваров, хозяйственных товаров и одежды. Вывески с надписью «первоклассное сакэ „Ятиё“», должно быть, рекламировали местное рисовое вино. Он перешёл мост. Ряд домов продолжался дальше. Крыши некоторых были черепичными, но большинство — соломенными. Миновав почту и начальную школу, он дошёл до полицейского отделения Минари. Здание было столь основательным, что казалось неуместным в таком маленьком посёлке. За белым зданием теснились горы.

Он вошёл в полицейское отделение и увидел всего пятерых человек за столами. Когда Иманиси вручил свою визитную карточку дежурному полицейскому в форме, с места в глубине помещения поднялся полный мужчина в рубашке с расстёгнутым воротом и подошёл к нему.

— Вы из токийской полиции? — спросил он с улыбкой. — Я здешний начальник. Прошу, проходите.

Его провели к столу начальника в глубине комнаты.

— О деле я слышал от полиции префектуры. — Начальник отделения достал из ящика стола папку. — Понимаю, вы приехали за сведениями о Мики Кэнъити?

Иманиси кивнул и сказал: — Да. Вы, вероятно, уже кое-что слышали об этом, но Мики Кэнъити был убит в Токио. Я веду это дело и выяснил, что Мики-сан некогда служил полицейским в этом отделении. Поэтому я и приехал навести о нём справки.

Служащий подошёл, чтобы подать им чай.

— Это было давно, — сказал начальник отделения. — Прошло больше двадцати лет, и никто из нынешних служащих отделения не знал Мики-сан. Но я навёл для вас справки.

— Благодарю, что нашли время среди своих дел. — Иманиси склонил голову.

— Не стоит. Но многого выяснить не удалось. Как я сказал, прошло немало времени. Не знаю, пригодится ли это вам. В июне 1929 года Мики Кэнъити перевели в отделение Кисуки, в марте 1933 года он прибыл в отделение Минари и служил в участке Камэдакэ. Тогда он уже был старшим полицейским. В 1936 году его произвели в помощники инспектора, и он стал здесь начальником патрульной службы. В декабре 1938 года он вышел в отставку.

Это подтверждало сведения, присланные в Токио полицией префектуры Симанэ.

— Начальник, — сказал Иманиси, — я заметил по этой краткой справке, что его очень быстро повышали.

— Верно. Похоже, это было весьма необычно, — кивнул начальник отделения. — Насколько я понимаю, он был предан своему делу, но при этом очень добрым человеком и совершил немало хороших поступков.

— Вот как?

— Да. Его дважды отмечали за выдающуюся службу. Вот копии этих благодарностей. Позвольте прочитать, — начальник опустил взгляд на папку. — Первая была объявлена, когда после тайфуна разлившаяся река затопила эту местность.

Иманиси вспомнил реку, протекавшую под мостом, по которому он перешёл.

— Тогда произошёл оползень, повлёкший за собой много погибших и раненых. В том случае Мики-сан проявил мужество и спас троих. Одного ребёнка он спас, когда того уносило течением. Ещё ребёнка и старика он спас, добровольно войдя в дом, разрушенный оползнем.

Иманиси записал и это.

— Другая благодарность была объявлена во время пожара в этих местах. Мики-сан остановил мать, которая пыталась вернуться в горящий дом, а затем сам вошёл туда и спас её младенца.

Иманиси отметил и это.