Сколько мы с Джеком дружим, в его жизни всегда была какая-нибудь девушка. Будь то постоянная подружка, девушка на одну ночь или просто та, с кем он познакомился в «Тиндере», в нашей квартире было очень мало ночей, когда Джек не делил бы с кем-то постель. Отказаться от девушек ему будет сложнее, чем отказаться от пива. А это о многом говорит.

— Чушь собачья. Ты правда думаешь, что я настолько слаб?

Кажется, он искренне оскорблен, поэтому я пробую более мягкий подход.

— Да ладно тебе, друг. У тебя был регулярный секс столько, сколько я себя помню. Ты просто не сможешь без этого.

— У меня есть прекрасная рабочая рука. Я справлюсь, — говорит он в промасленный бумажный пакет, выуживая свой бургер. — Никаких больше женщин. Объявляю об этом прямо сейчас. И я сдержу слово.

Подавляя желание закатить глаза, я тянусь за парой соломинок картошки.

— Я напомню тебе об этом, когда на следующей неделе ты встретишь в спортзале какую-нибудь блондинку и захочешь привести ее домой. Ты сдашься в два счета.

— Черта с два. На сколько поспорим, что я смогу продержаться целый месяц, ни с кем не переспав?

Он серьезно собирается заключить на это пари? Я не особо азартный человек, но звучит как ставка, которую я гарантированно выиграю, так что почему бы и нет?

— Ладно, как насчет такого. — Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть ему прямо в глаза, показывая, что я не шучу. — Я сделаю это вместе с тобой. Никаких женщин, никакого секса, никаких случайных связей. Готов поспорить, я продержусь намного дольше, чем ты. Это проще простого.

Джек закатывает глаза.

— Ну да, конечно, тебе легко. Ты же практически монах.

Последние пару месяцев мне приходится терпеть его бесконечные шуточки о том, что я, судя по полному отсутствию у меня личной жизни, должно быть, заново рожденный девственник. Да, возможно, у меня сейчас и правда засушливый период, но это не проблема. И долгие смены в педиатрическом отделении физиотерапевтического центра делу точно не помогают.

Я люблю свою работу. Правда люблю. Не то чтобы я был против перепихнуться в ближайшем будущем. На горизонте даже маячила пара перспективных вариантов, но если уж на то пошло, что такого, если я еще месяц буду дрочить в душе?

— Слушай, ты серьезно насчет этого спора или нет?

Джек обдумывает предложение, поглощая еще немного картошки, по-видимому, он пытается решить, действительно ли его рука справится с задачей.

— Знаешь что? Давай, — говорит он, вскидывая кулак в воздух и разбрасывая картошку по всему салону моей машины.

— А тот, кто сорвется первым… — Я медленно жую, отчасти чтобы нагнать напряжение, отчасти чтобы выиграть время и придумать, на что мы спорим. Выпивка за счет проигравшего? Уборка квартиры в течение месяца? Нет, тут дело серьезное. Ставки высоки. Награда должна быть такой, ради которой реально стоит держать член в штанах.

— Кто первый сдастся, тот стирает вещи второго до конца года.

Зловещая ухмылка расползается по лицу Джека.

— По рукам. — Он вытирает руки салфеткой, а затем бьет своей ладонью по моей.

— Значит, договорились, — произношу я, крепко пожимая ему руку с уверенной усмешкой. — Тогда тебе, пожалуй, стоит попрощаться с той прошлогодней подружкой, с которой ты, как я заметил, переписываешься весь вечер. Потому что в ближайшее время вам точно ничего не светит.

Мой собственный телефон звонит в подстаканнике, и я хватаю его.

— Снова Нат, — говорю я Джеку, открывая сообщение.

Нат: Теперь мы все одиноки. Клуб одиноких сердец, объединяйтесь.

Я смотрю на ее сообщение и хмурюсь. Насколько мне известно, Натали ни с кем не встречается по собственному выбору. Я впервые слышу от нее, что ей одиноко, и что-то внутри меня противится этому.

Кэм: Уверен, у вас нет недостатка в предложениях, мисс Мур.

Нравится ей это или нет, но она – Мур, богатенькая наследница, о состоянии отца которой в СМИ пишут куда чаще, чем ей бы хотелось.

Нат: Ой, молчи, не тебе об этом говорить.

Я практически слышу сарказм в сообщении Натали.

Кэм: И почему же это?

Нат: Ну, для начала, потому что ты двадцатидевятилетний врач. Женщины выстраиваются в очередь, чтобы снять перед тобой трусики.

Я посмеиваюсь и закидываю в рот еще одну картофелину.

Кэм: Охотницы за деньгами меня не интересуют.

Нат: Меня тоже. Но если у тебя на примете есть хорошие парни, направляй их ко мне.

Странный холодок пробегает по моей спине.

Кэм: Обязательно.

— Что это за взгляд? — спрашивает Джек, не донеся бургер до рта.

— Хм? А, ничего особенного. — Я кладу телефон обратно в подстаканник. — Просто переписываюсь с Натали.

— Хорошо. Потому что теперь, когда ты дал мне эту клятву, Нат лучше бы быть единственной женщиной, с которой ты будешь переписываться в ближайшее время.

— Принято.

И почему меня это совсем не беспокоит?

Глава вторая

ГЛАВА ВТОРАЯ

НАТАЛИ

Тук-тук-тук.

— Особая доставка.