— Это самый крайний случай, — Север смеется. Кажется, делает это искренне, судя по яркому, почти озорному блеску в серо-зеленых глазах. — Я отойду ненадолго. — Приложив телефон к виску, он встает. — Несут нашу еду, так что тебе будет, чем заняться.

С трудом дождавшись, пока официант уйдет, я торопливо наматываю спагетти на вилку. Господи, как же вкусно. Достаточно суток голода, чтобы заново ценить все, что стало казаться привычным.

Проглотив кусочек индейки, я невольно смотрю на купюры, по-прежнему лежащие в центре стола. Они действительно мне нужны, так как способны подарить самое ценное — время. Возьми я их сейчас — получу сутки уединения для того, чтобы успокоиться и решить, как быть дальше. Я привыкла во всем полагаться на Родиона, но факт моей ложной беременности обнажил неприглядные факты: наши отношения вовсе не так надежны, как мне казалось, если в критический момент он безоговорочно выбрал не нас, а себя.

Я пытаюсь отвлечь себя едой, но взгляд как примагниченный, снова возвращается к деньгам. Купюры новые, словно только-только вышедшие из-под печатного станка. Рука тянется к ним, но застывает, когда перед глазами встает укоризненное лицо отца. Дескать, ай-яй-яй, не тому я тебя учил, Линда.

Да, брать чужое ты меня не учил, пап. Но и как выжить в большом городе, оставшись без жилья и денег, ты не научил меня тоже.

Подавив прилив стыда, я хватаю купюры и запихиваю их в карман джинсов. На душе сразу становится спокойнее: вопрос с ночевкой решен. Когда заработаю — обязательно разыщу Севера и все ему верну. Я не беру чужое, а кредитуюсь.

Спустя пару минут Север возвращается за стол. Если исчезновение денег и стало для него очевидным, он не подает вида.

— Даже порозовела, — замечает он, увлеченно принимаясь за салат. — С собой что-нибудь закажи.

Я собираюсь решительно отказаться, однако наметившееся движение у входа заставляет меня перевести взгляд. В дверях ресторана стоит Родион. Вернее, уже не стоит, а идет прямиком к нам с Севером.

— Здесь мой парень. — Из-за паники мне с трудом удается говорить членораздельно. — Понятия не имею, как он узнал.

4

Север прослеживает направление моего взгляда и удовлетворенно хмыкает.

— То есть преподать урок ответственности все же удастся.

— Линда, что происходит, а? — Голос Родиона звенит отчаянием. — Ночевать ты не пришла, телефон выключен… У меня чуть крыша не поехала… Я полдня твоих одногруппников обзваниваю, а в итоге нахожу тебя с каким-то…

Его взгляд рикошетом проходится по Северу.

— Хорошо, что на твоем телефоне локатор включен. Еще бы пара часов — и я бы стал звонить в полицию.

Первый шок от его появления сходит, заставляя вспомнить, что Родион уже больше суток не имеет на меня никаких прав и, следовательно, отчитываться перед ним я тоже не обязана.

— Какое тебе дело, где я нахожусь? — Я придаю голосу отстранено-снисходительную интонацию, невольно копируя речь Севера. — Ты свою позицию относительно наших отношений высказал. Больше нам говорить не о чем.

— Давай не будем обсуждать наши отношения в присутствии посторонних… — Родион раздраженно косится на моего соседа по столу. — Поедем домой и обо всем поговорим.

— Лучше дождись, пока мы пообедаем, — подает голос Север. — Твоя девушка голодна, я тоже.

Мои пальцы стискивают скатерть. Меньше всего мне бы хотелось стать причиной конфликта.

— А ты бы… — Родион разворачивается к Северу с явным намерением вступить в перепалку, но осекается. — Слушай, а я тебя знаю.

На лице моего компаньона не отражается ни единой эмоции. Даже удивления.

— И откуда же?

— Ты дружил с моим старшим братом. Пару раз даже дома у нас был. Ты наверное уже не помнишь. Лет восемь-десять.

— Твой брат — покойный Глеб Винокуров? — сощурившись, уточняет Север.

Я наблюдаю за происходящим, затаив дыхание. Господи, что за день! Мой новый знакомый, оказывается, был дружен с покойным братом моего парня.

— Да. — Родион заметно оживляется. — Я даже помню, на какой ты тачке ездил. На черном мерине заряженном с огроменной банкой. Глеб рассказывал, что обвес под тебя лично в Ингольштадте изготавливали.

Кивнув, Север с усмешкой смотрит на меня. В его взгляде читается: выдыхай, малая, разборок не будет.

— Ты извини, что так сразу с наездом… Но ты сам пойми: я все утро ищу свою девушку и в итоге нахожу ее в компании другого мужика. Вы вообще откуда друг друга знаете?

— Случайно познакомились в клинике.

Родион впивается в меня глазами. Дескать, ты уже сделала аборт? И он, получается, в курсе?

— Выяснилось, что я не беременна, - бормочу я, краснея. — Долго объяснять.

— Давай поговорим нормально, а, Линда? — Забыв о существовании Севера, Родион смотрит на меня с мольбой. — Знаю, что повел себя как конченный дебил. Просто я не был готов к таким новостям и запаниковал.