— Потому что не всех сюда пускают, — парирует Север, не отрывая взгляда от телефона. — И я тебе не брат.

От такого замечания лицо Макара покрывается красными пятнами. Родион нервно смеется в попытке свести слова Севера в шутку. Я же чувствую садистское удовлетворение. Наконец-то, кто-то поставил этого хамоватого олуха на место.

Бросив сумку на шезлонг, берусь за пояс халата. На короткое мгновение вновь сомневаюсь в том, что собираюсь сделать, но потом решительно встряхиваю плечами, освобождаясь от тяжелой ткани, Этот купальник я не планировала надевать из-за его излишней откровенности, взяв на всякий случай, но соблазн позлить Родиона оказался слишком велик. Узкие шторки на тонких завязках прикрывают лишь треть груди, плавки-бразильяна скорее подчеркивают, чем прячут. Я понятия не имею, что в своем время вынудило меня заказать этот купальник в интернет-магазине — подобная обнаженка совершенно не в моем стиле. Видимо, он ждал своего часа и тот настал.

Первая реакция на собственную наготу — смущение, которое я собираюсь перебороть. Слова Родиона о том, что я зажатая и на всех смотрю с подозрением, - хороший стимул. Почему не рискнуть хотя бы раз и не выйти за привычные границы?

— А пиво есть? — спрашиваю я, повысив голос.

Требуются неимоверные усилия, чтобы продолжать стоять с гордо вскинутой головой, а не сжаться под устремленными на меня взглядами. От волнения становится жарко.

— У тебя новый купальник? — доносится до меня бормотание Родиона. — Я такого не видел.

Сальный взгляд Макара проходится по моему животу. Не в силах его выносить, я отворачиваюсь. Кто вообще с ним добровольно спит? Он же просто омерзительный.

— Тебе какое? — Север поднимается с шезлонга. Его нижняя губа закушена, как если бы он прятал улыбку.

Щеки вспыхивают сильнее - привычная реакция на полуобнаженного мужчину с подобным телом.

— Что-нибудь легкое, — отвечаю я, прочистив горло.

— В бассейне не надо пить. — Родион смотрит на меня рассерженно. Обычно я совсем не пью.

— Не утонет, — доносится насмешливый голос Севера. — Глубина здесь метр шестьдесят. А рост Линды около метра семидесяти.

Я сглатываю. Этот попадающее в цель замечание прозвучало неоднозначно. Можно подумать, что он внимательно меня разглядывал.

— Ты весь день ведешь себя странно, — Воспользовавшись тем, что никто не смотрит, Родион одергивает верх моего купальника.

— А ты - нет? — говорю я холодно, возвращая «шторку» на место. — Все для тебя и твоего бизнеса. Наслаждайся.

Забрав волосы в хвост, я иду навстречу Северу, приближающегося с бутылкой пива. Сердце волнительно ухает. Так смело я себя не вела ни разу.

— Держи. — В его глазах скачут огоньки веселья. Кажется, он понимает суть происходящего даже лучше меня.

Наши пальцы на секунду соприкасаются. Смущение затапливает меня, но я предпочитаю замаскировать его смешком.

— Ух. Такое холодное. — Глядя ему в глаза, я улыбаюсь, копируя киношных роковых красоток. — Почти как твое имя.

Эти слова - чистая импровизация, за которую моментально хочется себя отхлестать. Более идиотского сравнения сложно придумать. Если Север начнет хохотать в голос — его сложно будет обвинить.

Однако его лицо остается предельно серьезным, а взгляд лишь на короткую секунду касается моего развратного декольте.

— Наслаждайся, малая. Холод сегодня точно не будет лишним.

16

-- А один раз Глеб на сутки пропал. Мама в слезы… Давайте, мол, в полицию звонить. – Отхлебнув пива, Родион смеется. – А ночью его друзья под руки привели. Он, оказывается, пьяным перевернул тачку и менту съездил по лицу, за что его загребли. Но выпустили быстро, когда узнали, чей это сын.

-- Да, Глеб вообще угарный был, -- подхватывает Макар. – Он и в клубах часто драки устраивал.

Опустив пустую бутылку под стол, я раздумываю, стоит ли открывать вторую. Решаю, что не стоит. Голова и без того ватная, а тело ленивое. И мысли странные. Я бы даже сказала, крамольные. Если раньше фигура Глеба была для меня неприкосновенна в силу его смерти, то сейчас я думаю о том, что не таким уж и хорошим человеком он был. Дурным и взбалмошным. Ну а кто еще сядет за руль нетрезвым в расчете на то, что влиятельный родственник отмажет? Непонятно, почему Максим Аркадьевич регулярно шпыняет Родиона за то, что он не похож на Глеба. Не похож – и прекрасно. Родион, по крайней мере, ответственно относится к чужой безопасности и статусом своего отца не злоупотребляет.

Меня снова накрывает волной тепла, что я, позабыв о своем намерении и дальше флиртовать с Севером и Макаром, тянусь его погладить.

-- Ты чего это? – обиженно буркает он, взглянув на мою руку.

-- Решила, что нам пора перестать ругаться.

Родион пытается выглядеть строгим, но почти сразу сдается, и обняв меня, несколько раз целует в губы.

-- Я успел по тебе соскучиться, малышка моя. Ты такая секси в этом купальнике. Жутко тебя хочу.