— Хочу выступить с тобой, — произнес Лев, что потупил взгляд. — Выступить на фестивале. Так, чтобы не для зрителей, а в роже им плюнуть.

Тут он поднял взгляд на учителя и произнес:

— Один разок. Точку поставить.

— Мол, он может забрать всех из группы, но как был уродом, так и остался, — поджал губы Прохор и кивнул. — Красиво, на!

Кузнец поднялся, размял ноги и направился к верстаку.

— Сюда иди. Вот это реж, вот так. На лепесток много металла не надо.

Парень подошел и взял УШМ.

— Ты выкуешь со мной цветок?

— Сам выкуешь. Я подсказывать буду, на, — буркнул Прохор.

Парень хотел было уже начать, но тут же получил леща от учителя.

— Глаза, лапоть! Запасные есть, на?

— Нет, — хмуро буркнул Лев и полез на полку, за щитком для лица.

— Что играть будем? — спросил кузнец, взяв пруток и прикидывая как лучше приварить заготовку.

Лев глянул на кузнеца и осторожно спросил:

— Так ты все же…

— Мелодия у тебя есть? Или будем новое сочинять? — перебил его Прохор.

— Ну, есть мысль… — растерянно произнес подмастерье.

— Вокалиста нет и баса тоже, — задумчиво произнес кузнец. — Значит надо сделать так, чтобы они не нужны были. Понял?

— Понял, — кивнул парень.

— Раз понял — тогда работай, на, — кивнул на УШМ кузнец и направился к горну.

***

Харя оглянулся на Тоху и Трофима, что стояли позади него и внимательно смотрели на приближающиеся автомобили.

— Не дергаться, не нарываться, молчать. Поняли?

— Поняли, босс, — кивнул Трофим.

— Бронежелеты одели?

— Оделии, босс, — отозвался Тоха.

— Пулеметчик на месте?

— На месте, босс, — кивнул Трофим.

Харя тяжело вздохнул и глянул на машины, что заварачивали к ним.

— Запасной план… — начал было Харя.

— Босс, гранатомет — без вариантов, — перебил его Тоха и тут же добавил: — Но на крайняк у нас взрывчатка под вон теми люками.

Глава банды недовольно зыркнул на помощников, а затем на машины, что высадили Кабана с двумя охранниками. Машины встали плотно, чуть сдвинувшись в сторону, словно Кабан чего-то опасался, только вот встали они прямо над люками.

— Повезло вам, придурки, — проворчал Харя и вышел вперед, оставляя двух помощников позади себя.

Кабан кивнул своим телохранителям, а затем неторопливо и вальяжно подошел к Харе.

— Ну, что старый? — хмыкнул он. — Я все думал, когда ты решишься. Все ждал.

Харя глянул на собеседника, хмыкнул и произнес:

— Знаешь пословицу — «Жадность фраера сгубила»? — произнес он. — Сидел бы ты у себя, дела воротил бы, глядишь и не вляпался бы так.

— Со всеми бывает. Идти вперед приходится. А уж то, что вляпался я в ТЕБЯ, тут уж чисто кому как повезет, — развел руками Кабан и утробно рассмеялся, отчего подбородки на его шее затряслись.

В какой-то момент, он резко оборвал смех и маленькими злобными глазками уставился на Харю.

— Тебе уже никто не поможет. Собирай свое и уходи. В столице тебе делать нечего. Свалишь — преследовать не буду. Твои владения теперь мои. Ни торгов, ни условий. Будешь артачится — на нож.

— Во-о-от как ты заговорил, — закивал Харя. — Ты ведь понимаешь, что тебе этого не спустят. Король…

— Король без короны, — оборвал его Кабан и широко улыбнулся. — Времена меняются, Харя. Старшие теперь не на зоне. Не прячутся как крысы. Старшие теперь сидят высоко. В кабинетах.

Харя усмехнулся и прикусил губу. Несколько секунд он смотрел на врага, а тот истолковал его молчание по своему.

— Думаешь ссучился и продался? — хмыкнул Кабан. — Так нет. Власть сменилась в городе, Харя, а ты как чифир пил, да четки между пальцами мотал, так и мотаешь. Не вкурил, что времена меняются и…

— Ты, меня жизни не учи, — перебил его старый рецидивист. — Ты не учел кое-чего.

Кабан на секунду нахмурился, глянул на двух уголовников, а затем на Харю.

— Не у одного тебя подвязки, родной, — произнес уголовник и кивнул на небольшое здание рядом. Одноэтажное, с заколоченными окнами. — Знать не знаю, кто за тебя в кабинетах хлопочет, но мои подвязки тут. И без ЕГО решения, я и пяди земли своей не отдам.

Кабан оскалился, глянул на здание, а затем на собеседника.

— Ах тыж хитрый лис! — произнес он, расплывшись в улыбке. — Так ты тоже…

— Зайди, поговори, — спокойно произнес Харя. — Если ОН даст добро, то…

— Понял, не дурак, — усмехнулся Кабан. — Мериться кабинетами будем.

Толстяк потерял к Харе всякий интерес, тут же развернулся и направился в здание. Он спокойно подошел к двери, вошел внутрь и сразу заметил открытую дверь в конце коридора.

Десяток секунд и мужчина вошел в комнату.

Пустая. По середине стол. За столом молодой парнишка с наивным лицом и улыбкой до ушей.

— Привет! Меня зовут Алеша! — помахал он ему рукой.

— Ты кто такой, Алеша? — буркнул Кабан и выглянул из комнаты.

Никого.