— Да, вы получите свои деньги, но ваш покупатель, столкнувшись с реальностью, попытается оспорить сделку, сославшись на сокрытие существенных недостатков товара — а именно на категорический отказ другого сособственника пускать его в квартиру. Это риск. Моё предложение даёт вам ту же сумму и защищённую сделку на лучших условиях.

Андрей посмотрел на меня, потом на Сергея.

— Он правда готов заложить свою однушку? — спросил он с недоверием.

— Я уже подписал основные параметры вчера, — хрипло произнёс Сергей, не поднимая глаз. — Мне надоело это всё!

— Я не вижу вашей подписи, — Андрей кивнул на лист перед братом. — Вижу только пустую бумажку.

Я вмешался:

— Сейчас она появится, как только Сергей подпишет лист с основными параметрами.

Старший брат взял ручку. Рука его дрожала, но он чётко вывел свою фамилию и поставил подпись в нижнем правом углу.

Андрей долго смотрел на подпись брата. Я видел, как он пытается найти подвох, пытается понять, где его обманывают. Но его не обманывали, и вскоре он это и сам понял. Андрей достал мобильный телефон, набрал номер.

— Алло, Геннадий Петрович? — сказал он, не отрывая взгляд от листа. — Это Андрей Селезнёв. По поводу завтрашней сделки… да, в одиннадцать. Да, я передумал. Думаю, мне нужно время… я перезвоню.

Он положил трубку на стол. Посмотрел на меня.

— Я не буду это подписывать.

Сергей только было, открыл рот, но я поднял руку, показывая, что сейчас не стоит ругаться. Я-то понимал, чего хотел Андрей. Во-первых, немного подействовать на нервы брату, а во-вторых, всё было слишком просто: нотариус. И я не ошибся.

— Я не буду подписывать это прямо сейчас. Договор, который я подготовлю, я подпишу у нотариуса!

— Хорошо, — ответил я. — В понедельник встретимся. На этом, пожалуй, всё.

Братья не сразу ушли. Они несколько минут сидели молча и пялились друг на друга. Даже мне стало как-то неуютно в этой компании, хотя встречи подобного уровня, где две стороны люто ненавидели друг друга, у меня были. И таких эмоций я не испытывал. Может, дело было в том, что они родственники?

Может.

Встали они синхронно, по очереди пожали мне руки и направились на выход. Друг с другом они не прощались. Сергей вышел первым, стараясь не столкнуться с братом в дверях. Андрей задержался, убирая портфель в кожаный чехол, и вышел через минуту.

Дело было сделано. Сделка с чужаком в «этой» квартире пока отложена. Точнее, не пока, а её не будет. Я был уверен в своей победе, плюс ко всему, все основные условия были согласованы и остались лишь формальности.

Когда я вышел в коридор, чтобы запереть переговорную, из полумрака приёмной на меня уставился Денис. Я почувствовал на спине чужой взгляд. Как? Да просто! И дело тут было не в каком‑то мистическом озарении, всё гораздо прозаичнее. В коридоре было тихо, и в этой тишине я отчётливо услышал, как за спиной сменилась чья‑то поза на стуле — едва слышный скрип кожаного покрытия, потом шорох ткани. Кто‑то сидел неподвижно, а потом резко замер, будто поймал себя на том, что двигался.

Я обернулся и посмотрел на Дениса. Тот сидел за своим столом и, видимо, ждал, чем же всё закончится. Его лицо было безэмоциональным, но я видел — он понял. Брошенное им дело, которое он считал мёртвым и невыгодным, сдвинулось. И сдвинул его стажёр, которого он пытался задавить. С этого момента Денис будет воспринимать мой рост как прямую угрозу.

«И когда это он вернулся сюда?»

Я не стал с ним здороваться. Вынул ключ из замка, положил его на стол Марины и вышел на ночную улицу. Впереди была работа над договором, нотариальное оформление, прекращение судебных процессов и окончательный расчёт. Но первый раунд был выигран.

В субботу, к двенадцати часам дня, я стоял у входа в Центральную районную библиотеку № 12. В руках у меня был блокнот, пара гелевых ручек и остатки распечатанных объявлений, которые Витёк с Саньком честно расклеили по всем подъездам соседних домов.

Заведующая библиотекой, пожилая женщина в очках на цепочке, отвела мне маленькую комнату за читальным залом. Внутри помещались стол, три стула и шкаф с подшивками старых газет. Посетители ждали в соседнем зале, где Катя встречала каждого, объясняла порядок приёма и записывала имя с номером телефона только после устного согласия.

— Ну что, юрист, народ собирается, — заведующая придержала дверь, пока я раскладывал бумагу и ручки. — В прошлый раз я напротив входа просидела четыре часа, а сегодня с утра уже три человека спрашивали.

К половине первого очередь выросла до одиннадцати человек. Катя стучала перед каждым новым посетителем, заводила его внутрь и прикрывала дверь, оставляя разговор за тяжёлой деревянной створкой.

Первым я принял мужчину с портфелем.

— Здравствуйте, — он сел напротив. — Я по объявлению…

— Добрый день, — легко улыбнулся я. — Меня зовут Алексей Дмитриевич. Я слушаю вас!

— У меня, — он замялся, и было видно, что он волновался. Он несколько раз оглянулся, посмотрел по сторонам, не решаясь заговорить.

— Не переживайте, — я говорил спокойно. — Вы, как и все остальные, пришли сюда, чтобы решить ваши проблемы. Верно?

Ответом был короткий кивок. Я улыбнулся и продолжил: