В тот вечер Коул, надевая темные джинсы и светло-голубую рубашку, понял, что должен рассказать Саванне о своем свидании с Сали. Он побрызгал на шею своим редко используемым одеколоном и провел руками по волосам, пытаясь их укротить. Он не очень-то думал о том, чтобы встречаться с девушкой, когда Марисса подкинула ему эту идею. И хотя прошло всего несколько недель, с тех пор как он согласился на свидание, он почему-то чувствовал себя ближе к Саванне. Возможно, это было из-за того, что он видел ее с Леви, или из-за того, что он больше не отбивался от ее объятий по ночам, или из-за того, что та ночь была похожа на свидание между ними, но какова бы ни была причина, он чувствовал себя странно, рассказывая ей.

Он нашел ее в гостиной, она сидела на диване, подтянув колени к груди.

— Привет, Саванна. — Она повернулась к нему лицом, прижимая к себе Каддлс. — Я скоро уйду. Тебе не нужно готовить ужин сегодня. — Интересно, как отреагировала бы Саванна, если бы он сказал, что идет на свидание? Если у него хватит смелости сказать ей.

— Ох. Хорошо. Я могу съесть остатки пиццы со вчерашнего вечера. И мы с Каддлс, наверное, просто посмотрим кино.

— Окей. Помни, держи дверь запертой.

— Обязательно, — пообещала она. — Куда ты собрался?

Коул колебался всего секунду. Он не стал бы лгать Саванне. Кроме того, он мог свободно ходить на свидания.

— Моя сестра устроила мне свидание вслепую.

— О. — Ее нижняя губа слегка оттопырилась. — Но увидимся позже, когда ты вернешься домой?

— Да, — заверил он ее. — Я вернусь позже вечером.

Это осталось невысказанным между ними, но оба знали, что позже они будут спать вместе в его постели.

***

Он отправился на встречу с Сали в паб. Он предпочел бы забрать ее, но, как напомнила ему Марисса, девушки не позволяют мужчинам, которых они не знают, забирать их из дома. Он может оказаться жутким преследователем, и тогда у него окажется ее адрес. Он заверил сестру, что не собирается выслеживать ее подругу по йоге, но это только подтолкнуло Мариссу к совершенно другой тираде о том, что он явно нечасто ходит на свидания, если не знает простейших правил.

Войдя в паб, Коул первым делом разыскал Лиама. Обычно его можно было найти за стойкой бара в роли запасной пары рук бармену, а не сидящим в одиночестве в кабинке в задней части помещения. И сегодняшняя ночь ничем не отличалась. Лиам кивнул, заметив Коула в другом конце помещения. Лиам был его последним одиноким другом, но он, конечно, не испытывал недостатка в женском обществе, будучи владельцем популярного бара. Ему было трудно встречаться с хорошими девушками. Коул знал, что если Лиам встретит подходящую девушку, он не будет против остепениться. Они с Лиамом дружили больше двадцати лет. В колледже они часто обманывали девушек, заставляя их думать, будто они братья. Они оба были на несколько дюймов выше шести футов, с темными волосами, и когда ни один из них не брился в течение нескольких дней, что Лиам часто забывал делать, они приобретали поразительное сходство.

Коул разочарованно вздохнул. Он не знал, как найти ее. Он увидел двух одиноких женщин в обоих концах бара. Одна была сногсшибательной блондинкой, красивой, с ногами от груди. Его сестра не любила его так сильно. Другая женщина была простоватой брюнеткой с немного лишним весом и в старомодных очках. Он покачал головой, размышляя, сможет ли он сбежать прежде, чем она заметит его. Проклятая Марисса! Она и раньше втягивала его в такое дерьмо, всегда используя фразу: «Ну, я думала, что она симпатичная», чтобы очистить свою совесть.

Коул глубоко вздохнул. Один глоток. Он мог это сделать. Он бросил последний тоскливый взгляд на великолепную блондинку и подошел к брюнетке.

— Привет, ты, должно быть, Сали.

Ее лицо зарделось от смущения.

— Нет, извини.

Он повернул голову и встретился взглядом с блондинкой, медленно улыбаясь. Марисса все-таки любила его.

Он оставил брюнетку смотреть ему вслед и подошел к блондинке.

— Пожалуйста, скажи мне, что ты Сали.

Она улыбнулась.

— Коул, я полагаю?

Боже милостивый, у нее австралийский акцент. Его сестра реально любила его.

Коул сел рядом, и они заказали по стаканчику. Сали знала его сестру по занятиям йогой, но Марисса не упоминала, что Сали была инструктором. Они посмеялись над неуклюжими успехами Мариссы в йоге, поговорили о том, где Сали выросла в Австралии, и Коул рассмешил ее своей неудачной попыткой говорить с австралийским акцентом.

Одна рюмка превратилась в две, потом в три. Сали была покладистой, кокетливой и чертовски сексуальной. Из-за ее акцента он весь вечер был наполовину тверд. Сначала он чувствовал себя виноватым из-за того, что оставил Саванну одну, но когда алкоголь смягчил его настроение, он подумал, что, возможно, некоторое время в разлуке пойдет им обоим на пользу. Ей нужно было обрести некоторую независимость от него, и Господь знал, что ему нужно выбросить ее из головы.

Когда Сали извинилась и ушла в туалет, Коул огляделся. Они хорошо ладили, и она начала наклоняться к нему, кладя руку на его бедро, когда смеялась, или находила другие способы коснуться его, например, прижимаясь грудью к его руке, когда потянулась через бар за своим напитком. Коул задался вопросом, будет ли она готова к продолжению знакомства у себя дома.