Он закатил глаза и закончил разговор. До этого события оставалась еще пара недель, и, возможно, он сумеет найти выход.

***

На следующий день, прежде чем отправиться в спортзал, Коул высадил Саванну у клиники, где ей был назначен прием психотерапевта. Дата и время были согласованы координатором Центра. После энергичной тренировки и быстрого душа Коул оделся и вернулся в свой внедорожник, чтобы забрать Саванну.

Он вошел в клинику, сел в приемной и принялся листать журнал. Через несколько минут дверь кабинета открылась, и на пороге появилась Саванна с опухшими глазами. Коул вскочил на ноги.

Доктор обошел Саванну и подошел к Коулу.

— Это он и есть?

Саванна кивнула, не сводя глаз с Коула.

Господи, это было нехорошо. У него могут быть неприятности с Бюро даже за то, что он был здесь с ней. Доктор, мужчина лет сорока пяти с сединой на висках, подошел к Коулу и протянул ему руку.

— Я доктор Уайт, но зовите меня просто Малкольм. Не возражаете, если мы перекинемся парой слов, Коул?

Коул кивнул. Это было единственное, что он мог сделать, хотя был смущен и на грани нервного срыва. Что Саванна рассказала своему психотерапевту о нем?

Как только они уселись в его большом кабинете, Малкольм сразу же перешел к делу:

— Саванна сказала мне, кто вы такой. Но не волнуйтесь – отношения доктор-пациент конфиденциальны и все такое. К тому же, мне все равно, на кого вы работаете. У меня такое чувство, что вы хотите помочь Саванне, поэтому хочу предложить вам кое-какие рекомендации.

Коул наклонился вперед, положив руки на колени, готовый выслушать все, что скажет доктор. Казалось, они были на одной волне. Речь шла о Саванне.

— Мои сеансы помогут, но только если встречи будут проходить несколько раз в неделю. Саванна должна войти в обычную рутину. Ей нужно хоть какое-то подобие нормальной жизни.

Коул согласно кивнул. Ни хрена себе, док. Это и есть тот блестящий совет, за который он, вероятно, берет триста долларов в час?

— Похоже, она настроена заботиться и ухаживать.

Коул был согласен с этим. Саванна любила готовить и, казалось, была довольна тем, что кормила его и оставалась дома. Но он ждал, гадая, к чему ведет этот разговор.

— Ей нужно о ком-то или о чем-то заботиться. У вас есть домашние животные, растения, что-нибудь еще?

— А, нет. — Коул провел рукой по шее.

— Так что, похоже, в данный момент она вкладывает свою заботливую энергию в вас. Это меня беспокоит. — Малкольм нахмурился. — Саванна может очень сильно привязаться к этому, она сейчас очень уязвима. Вы должны быть осторожны.

Если бы док счел это необходимым, он купил бы ей растение, но он не видел, как поливание кактуса раз в неделю могло бы помочь. Не говоря уже о том, что он наслаждался тем, как Саванна направила свою заботу и энергию на него.

— У вас есть для меня какой-нибудь совет? — спросил Коул, ерзая в жестком кожаном кресле.

Ему не хотелось признаваться, что он понятия не имеет, что делает, но он нуждался в совете, а поскольку Саванна уже рассказала о нем доктору, не было смысла притворяться, что он тут ни при чем.

Доктор Малкольм Уайт сцепил пальцы на своем круглом животе.

— Следите за замкнутым или саморазрушительным поведением. У нее не было нормального подросткового опыта, и хотя она мудра не по годам, вполне возможно, что она могла бы пройти через позднюю стадию бунта — желая испытать типичные подростковые вещи, которые упустила.

— Ладно... — Коул не совсем понял, что он имел в виду, но вспомнил о своих бунтарских годах... когда он тайком ходил на вечеринки, слишком много пил, дрался и дурачился с девушками, с которыми не собирался встречаться. Он не мог себе представить, что Саванна ведет себя подобным образом. Она казалась слишком милой, слишком невинной.

— И есть еще кое-что... — доктор сглотнул и встретился с ним взглядом. — Она не готова ни к каким романтическим отношениям, физическим или иным. Я не знаю, что вас в ней интересует, но...

Коул поднял руку, останавливая его.

— У меня нет ни малейшего желания заводить с ней отношения. А что касается всего физического... она просто ребенок.

Доктор нахмурился.

— Я бы так не сказал. Через пару месяцев ей исполнится двадцать, более чем достаточно для серьезных отношений; я просто не думаю, что она уже готова. В первую очередь, ей нужен длительный курс лечения.

Коул кивнул.

— Послушайте, как я уже сказал, меня это с ней не интересует.

— Она очень привлекательная девушка. Я должен был поднять этот вопрос.

Коул ничего не ответил. Но он не мог этого сделать. Его голос и уверенность в себе куда-то исчезли. По правде говоря, он понятия не имел, что делать с Саванной. Ни малейшего понятия. Но знал одно: он чувствовал непреодолимую потребность защитить ее. Он просто должен был отключить любое влечение, которое испытывал к ней.