– В том-то и дело, что нет, – вздохнул Вербин. – Увлечённым – да, но опасности не чувствовал.

– Просил открыть дело?

– Нет, предупредил, что будет им заниматься в свободное время.

– И через сколько его убили?

– Через две недели.

– Понятно. – Шерстобитов помолчал, после чего с сочувствием спросил: – Сожалеешь?

О чём именно, можно было не уточнять: что не отговорил заниматься расследованием; что не пообещал заняться им; что ничего не сделал и это стоило товарищу жизни.

– Мы не знаем, к чему приведут наши поступки, – тихо ответил Феликс. – Если бы знали, много плохого не случилось бы.

– Тут я с тобой полностью согласен и рад, что ты так ответил, – очень серьёзно произнёс Шерстобитов. – Друга твоего мы не вернём, но до преступника доберёмся.

И они обменялись крепким рукопожатием.

* * *

– Рада тебя видеть, – произнесла Дарина, усаживаясь напротив Таисии.

Её тон не был ни приветливым, ни звонким, но и не равнодушным. Точнее, мог показаться равнодушным незнакомым с Дариной людям, которые не знали, что молодая женщина не отличается излишней эмоциональностью. Незнакомцам Дарина казалась неприветливой, закрытой, даже грубоватой, однако Таисия знала подругу много лет, прекрасно считывала её мимику и следы эмоций, которые Дарина вкладывала в реплики, почувствовала, что подруга действительно рада, и улыбнулась в ответ. Ещё Таисия знала, что Дарине что-то понадобилось: встречаться просто так было не в её правилах, но это не имело значения: раз нужно, значит, нужно, главное, что они встретились.

– И я очень рада, – не стала скрывать Таисия. – Я по тебе соскучилась, Дарька.

– Всего две недели прошло.

– Целых две недели, – уточнила Таисия.

– Хорошо, пусть будет целых, – согласилась Дарина.

Она была женственной и очень милой – так обычно говорят о таких женщинах, но отнюдь не такой яркой, как Таисия. Большой лоб, но при этом очень маленький, узкий подбородок, из-за чего лицо казалось треугольным. И, наверное, его можно было назвать некрасивым, если бы не большие серые глаза, притягивающие и не отпускающие. Завершали картину маленький, изящно очерченный рот, маленький нос и тёмно-русые волосы до плеч. И веснушки, из-за которых Дарина в детстве и юности пролила немало слёз – ей казалось, что веснушки её портят. Фигурой же Дарина походила на сестру – Карину: невысокая, стройная, гибкая и подвижная. Спортивным сложением молодая женщина не отличалась, но было видно, что за собой она следит и в зал ходит регулярно.

Устроившись за столиком и заказав лёгкий ланч: салат и кофе, Дарина подождала, когда Таисия определится со своими пожеланиями, после чего поинтересовалась:

– Как твои дела?

– Сначала расскажи про Даниила, – попросила Калачёва. – Как он? Растёт?

– Растёт. – Вопрос о сыне заставил Дарину непроизвольно улыбнуться. – Стал деловым и совсем взрослым: нам ведь в этом году в школу идти.

– Не напоминай мне о возрасте, – шутливо потребовала Таисия.

– Это и мой возраст тоже.

– И ты большая молодец, что решилась. Если честно, я тебе завидую.

– Одна я бы не справилась.

– Никто из нас не идёт в одиночку, Дарька, всем нужна помощь.

– Это верно. – Дарина помолчала. – Так как ты?

О деле, которое побудило её назначить встречу, не заговорила, хотя раньше, в институтские времена, сразу, без подготовки, выложила бы, зачем явилась.

– У меня всё даже лучше, чем я ожидала, – не стала скрывать Таисия.

– Ходят слухи, книгу будут экранизировать?

– Пока это только слухи. Окончательный договор ещё не подписан, поэтому не хочу торопиться с радостными новостями.

– Но ты его подпишешь?

– Скорее всего.

– Ты молодец, – обронила Дарина.

В ответ – мягкое движение бровями, словно беззвучная фраза: «Да, я такая». С ноткой заслуженной гордости, но без высокомерия или превосходства. За столиком кафе действительно сидели подруги, знакомые уже много лет. Как часто бывает, их отношения не всегда оставались безоблачными, и ссориться доводилось, и жизнь у них складывалась по-разному, но что бы ни происходило, Дарина и Таисия оставались подругами, и ни одна из них не позволяла себе относиться к другой без уважения.

– Кстати, о книге, раз уж мы о ней заговорили. – Таисия дождалась, когда принесшая заказ официантка закончит расставлять тарелки и отойдёт, и продолжила: – Представляешь, ко мне приходил полицейский!

– Настоящий?

– Настоящий, но бывший полицейский, – поправилась Таисия, глядя на подругу в упор.

– В смысле, приходил? – не поняла Дарина.

– Ну, как они приходят? Каким-то образом узнал мой телефон, наверное, воспользовался старыми связями, позвонил, попросил о встрече. Я решила не отказывать. Так и пришёл.

– Зачем? – Дарина выглядела такой растерянной, что Таисия едва сдержала улыбку. Понимала, что сейчас она будет неуместна.