Я сжимаю в руке мамин кулон, когда смотрю на трассу. Яркие огни отражаются на блестящих капотах гоночных картов. От волнения я остро улавливаю каждый звук: шуршание шин, визг тормозов и горловой гул двигателей.

— Давай, Аарон! — громко говорит Десмонд. — Не отставай!

Он стоит в первом ряду трибун и с напряжением обхватывает пальцами перила, наблюдая за гонкой. К нему подключен микрофон, чтобы быть с нашими детьми на связи. Я знаю, что Аарону и Адриану спокойнее, когда Десмонд контролирует ситуацию.

— Адриан, сохраняй темп и внимательнее на повороте, — продолжает инструктировать Десмонд.

Толпа зрителей возбужденно кричит, когда мимо трибун проносится красный карт. Внутри него сидит Адриан, сжимая руль обеими руками в перчатках. Четыре круга подряд он уверенно держит первую позицию.

За ним следует один из соперников. Третьим едет Аарон с небольшим отрывом. Перед поворотом он сбрасывает скорость, и от резкого торможения его шины визжат, оставляя на трассе темный след покрышек.

Я хмурюсь. Аарон родился раньше на двадцать минут и во всем стремится быть первым. Кроме того, он унаследовал тактику вождения от отца. Аарон – любитель рисковать и ускоряться на поворотах, чтобы подрезать соперников.

Десмонд оглядывается через плечо, и наши взгляды встречаются. Я вижу в его глазах тот же немой вопрос, что и у меня.

Что-то не так.

— Что ты делаешь, черт возьми? — кричит в микрофон Десмонд. — Аарон, ускоряйся! Ты слишком медленно выходишь из поворота!

Перевожу взгляд и вижу, как Адриан несется по прямому участку дороги. Двигатель его карта ревет, набирая скорость. Его гоночный шлем сверкает под прожекторами.

Я поднимаюсь со своего места и выпускаю из рук мамин кулон. С моих губ срывается облегченный вздох. Между Адрианом и вторым участником вполне приличная дистанция. Уверена, он придет первым.

Наши сыновья долго готовились, чтобы одержать победу в этом сезоне. Аарон и Адриан Аматорио стали любимчиками публики в Бостоне. У них есть фанаты, которые пророчат им невероятный успех в автоспорте.

Но все же большинство считают, что именно Аарон выиграет турнир юниоров по картингу в этом году.

— Последний круг, — говорит в микрофон Десмонд. — Аарон, ты слишком сильно сбрасываешь скорость на поворотах. Выкручивай руль до конца и сразу набирай скорость.

Серый глянцевый карт с Аароном проезжает мимо трибун. Я внимательно прослеживаю за ним взглядом. Сердце в груди часто бьется. Один из соперников догоняет Аарона, его карт почти соприкасается с задним крылом.

— Не дай ему себя обогнать, — предупреждает сына Десмонд. — Давай, Аарон, ты сделаешь это! Ты должен сделать, черт возьми. Я в тебя верю.

Вместо того чтобы мчаться по прямой, Аарон сворачивает, позволяя сопернику пронестись мимо него. Толпа разочарованно свистит, но спустя пару мгновений взрывается от восторженных криков.

Адриан пересекает финишную черту, и клетчатый флаг развевается в воздухе. Зрители встают со своих мест и начинают аплодировать. Десмонд покидает трибуны. На финальную решетку приезжают остальные участники.

Я замираю и смотрю, как Аарон выбирается из карта и снимает шлем. Он выглядит отстраненно и безучастно – так, словно его не волнует происходящее.

К нему подходит Десмонд.

— Что с тобой такое? — я слышу в наушнике по командному радио голос мужа. — На тренировках ты показывал отличные результаты. Возвращаться в Бостон было плохой идеей. Мы переехали сюда несколько месяцев назад. Чем дольше здесь находимся, тем хуже ты катаешься.

Аарон опускает голову, избегая встречаться взглядом с отцом. Десмонд обнимает его и прижимает к себе.

Нашему старшему сыну достался мой непокорный и бунтарский характер, темные карие глаза и смуглая кожа. А Адриан – маленькая копия Десмонда: такие же пронзительные голубые глаза, густые черные волосы, напоминающие оникс, и стальной нрав.

— Не волнуйся, мы вернемся в Европу и все исправим, — раздается голос Десмонда из динамика. — Мы сделаем из тебя чемпиона. Главное, не расстраивайся и просто забудь про эту гонку, — он взъерошивает большой ладонью волосы Аарона. — Я тебя люблю. А теперь иди к маме.

— Пап, я хочу с тобой поговорить, — я слышу голос Аарона по связи.

— Поговорим после. Твой брат выиграл гонку, — Десмонд разворачивается и идет к Адриану.

Аарон уходит с финальной решетки, но тут Десмонд оборачивается и кричит ему вслед:

— Это всего лишь гонка, Аарон. Не расстраивайся. Пусть ты проиграл в этот раз, но ты будущий чемпион. Я все для этого сделаю. Обещаю.

Помедлив, Аарон кивает и после этого уходит к трибунам. Я иду навстречу к нему, слыша по командному радио, как Десмонд поздравляет Адриана с победой. Муж поднимает на руки сына и подбрасывает его в воздух.

Я быстро спускаюсь и подхожу к Аарону. Он замечает меня, но отводит взгляд. Его плечи опущены, а губы плотно поджаты. От его подавленного вида у меня ноет в груди.

— Ты молодец. Ты отлично держался, — я обнимаю сына. — Просто сегодня не твой день.

— Прости, мам, — Аарон шмыгает носом.