– Ты не хочешь меня, – сказал я. – Ты хочешь завоевать только того, кто тебе отказал. Принуждение не даст тебе того, чего ты ищешь.

– Ты не знаешь, чего я ищу.

Она отвела взгляд.

– Никто не знает, чего я хочу или в чем нуждаюсь, и никогда не узнает. Зачем давать кому-то оружие, которое они могут использовать против меня?

– Уходи.

Я развернулся и зашагал к двери.

– А что, если бы я могла освободить тебя? – бросила она, чтобы подразнить меня, издеваться надо мной.

Остановившись, я обернулся.

– Ты всегда могла освободить меня.

– Так и есть, хотя я очень долго не хотела этого делать. Мне нравилось думать, что ты подчиняешься прихотям того, кто держит лампу. Разве тебе не нравится, когда тебя заставляют исполнять желания?

– Ты же знаешь, мне это не нравится.

У нее не было других причин запереть меня здесь, кроме как заставить меня страдать.

– Люди – такие глупые создания. Дайте мне драгоценности, говорят они, – издевалась она. – Бесконечные рулоны шелка для моих красивых платьев. Табун самых эксклюзивных лошадей. Мелкие вещи для тех, кто еще мелочнее своих желаний.

– Они люди. Такими их создали.

Ее взгляд скользнул туда, где спала Жасмин.

– Зачем же тогда влюбляться в одну из них?

– Ты знаешь, что она другая. Вот почему ты наняла ее, а затем отправила во дворец. Но требование лампы не даст тебе того, чего ты хочешь. Ничто не даст.

– Я хочу лампу, и я найду способ ее получить. Но я не собираюсь заставлять тебя исполнять мои желания.

Я фыркнул.

– Это хорошо, потому что я не дам их тебе. В этом у меня еще есть немного собственной воли.

Я научился обходить правила.

– Зачем тебе лампа?

– А что, если я скажу, что собираюсь ее уничтожить?

– И убить меня?

– Ты не умрешь.

Я был в ловушке вечно. И если бы лампа была уничтожена, никто бы не тер ее, и мне не дали бы даже случайной отсрочки, чтобы исполнить желания.

– Как мне избежать этой ловушки? – спросил я.

– Найди кого-нибудь другого, кто согласится забрать это у тебя.

– Ты заставила меня. Я никогда не соглашался.

– О, но ты это сделал. Подумай...

Улыбка, которой она мне одарила, заставила меня похолодеть.

Воспоминание ворвалось в мой разум. Я, глупый молодой волшебник, посещающий магический колледж. Я пошел выпить в паб недалеко от кампуса. Каким-то образом я свернул не в тот коридор, чтобы добраться до задней двери. Забредя в кабинет, возможно, владельца паба, мои глаза были прикованы к дивану вдоль стены, к обнаженной паре, сплетенной в глубоких объятиях. Кардия сидела на нем, ее руки обнимали его за шею, и она шептала ему на ухо.

Лампа стояла на столе.

– Присоединяйтесь к нам, – крикнула она, окидывая взглядом мое тело.

– Простите. Я думал, это выход.

Я начал пятиться в коридор, но движение ее руки заставило меня замереть на месте.

Несмотря на мою подготовку, мне не удалось снять ее чары.

– Есть только один выход, – тихо сказала она. – И я верю, что ты отлично справишься с этой ролью. Я бы хотела избавится от него на некоторое время, хотя, возможно, захочу вернуть его обратно.

Дверь за мной захлопнулась, и она отцепилась от мужчины. Он свалился набок и не дышал.

Обнаженная, она подошла ко мне.

– Я знаю тебя, Бошан. Я наблюдала за тобой.

Я наклонил голову, изучая ее лицо, прежде чем понял, кто она.

– Ты Кардия, глава школьного совета.

Одна из самых могущественных ведьм в нашей стране. У нее было привлекательное тело, но ее душа была испорчена. Я никогда не возжелал бы ее так, как она требовала.

– У тебя большой потенциал.

Она помахала пальцем в мою сторону, и с его кончика сошла полоска магии, скользнув по моему телу.

Пока я оставался неподвижным, она подошла ближе.

– Присоединяйся ко мне, и мы будем править миром.

– Нет.

По крайней мере, я мог заставить свой рот работать.

Одним движением руки она связала мне запястья и лодыжки и пригвоздила меня к двери.

– Ведьма, – закричал я. – Освободи меня!

– Я отпущу тебя, если ты согласишься присоединиться ко мне всеми возможными способами.

Кончиком пальца она провела по моей шее и груди, остановившись у расстегнутой туники.

– Скажи «да», и я не только сделаю так, чтобы это стоило твоего времени, но и сделаю так, чтобы ты никогда не пожалел, что поддался моей просьбе.

– Никогда.

Она может отнять у меня все, что было мной, но она не отнимет у меня волю или способность контролировать свою судьбу.

Она надулась и впилась ногтем мне в грудь.

– Да – такое простое слово.

Я посмотрел ей в глаза.

– Нет. Я никогда не поддамся твоим требованиям, – прорычал я, возвращаясь в настоящее.

– Я вижу, что на смену глупому мальчишке, которым ты был тогда, пришел глупый мужчина.

– Не настолько глуп, чтобы согласиться.