Я увидел, как от вражеской стаи отделилась фигура, направляясь ко мне. Я поискал глазами белый флаг, но его не увидел. Что они делали? Каковы их намерения, и что это за стратегия?

Очертания становились четче, и вскоре я понял, что это были два человека. Один большой и широкоплечий, сложенный как гора, а другой маленький и хрупкий, почти незаметный. Я напрягся. Что-то было не так. Мужчина – это Халлан. Теперь я мог ясно рассмотреть его, и легко узнать по длинным черным волосам и глубокому красному шраму на ребрах. Я наградил его этим шрамом всего несколько часов назад. И по маленькой форме... Блу.

Нет. Это не могла быть она. Как это могла быть она? Она находилась в Логове с Файрой и Людой.

Рычание зародилось глубоко в моей груди, и я знал, что мои волки услышали меня. Это было предупреждение. Никому не разрешалось двигаться, пока я не отдам приказ.

– Решил, что ты сильный, потому что нашел свою Луну? – прокричал Халлан через поле боя. – Что ж, твоя Луна у меня, Кайден. Сейчас все закончится. Сдавайся и убирайся из Логова. Ты проиграл.

В ее глазах... Страх, вина, надежда... Ее прекрасные голубые глаза. Халлан зажал ей рот своей грязной лапой, и это подействовало на меня. Я знал, что должен быть рациональным. Я знал, что должен быть осторожным, потому что она и так находилась в огромной опасности. Я просто дал моим волкам понять, что им нужно оставаться на месте, но сам я не мог оставаться на месте.

Дальнейшие действия я уже не контролировал. Это произошло только один раз в моей жизни, когда Халлан появился в паре с женщиной, которая должна была стать моей. Тогда я смог справиться со своей яростью. Но сейчас не было никакой надежды на то, что это произойдет.

Я одичал.

Я почувствовал, как мое тело увеличилось в размерах, рот раскрылся в оскале, клыки выросли, с них закапала слюна. Я зарычал от изменения, позволяя ярости взять верх.

Только альфы могли одичать, а иногда и беты, если они были достаточно сильны. Зрелище это не из приятных, и когда такое происходило, всем лучше было убраться с дороги. Чтобы дойти до такого состояния, требовалась крайняя степень ярости. И Халлану уже дважды удавалось довести меня до этого.

Мои собственные волки отступили на шаг.

Вражеская стая тоже сделала шаг назад.

Я чувствовал, как их тревога витает в воздухе. Моя стая гадала, что сейчас произойдет, а другая стая раздумывала, не нужно ли им развернуться и убежать.

Халлан отступил на шаг назад. Застигнутый врасплох, – хотя на самом деле ему не следовало этого делать, учитывая, что он знал и видел меня таким раньше, – его рука соскользнула с губ Блу, а хватка ослабла. Я заметил это, потому что по мере того, как я увеличивался в размерах, мои чувства обострились. Этого оказалось достаточно, чтобы собраться с духом и совершить безрассудный поступок. Вскрикнув, она сильно ударила Халлана локтем в живот, приложив его настолько, что смогла вывернуться из его хватки. Она подбежала ко мне, держа свою руку. Она ее сломала. Я увидел шок на лице Халлана. Дело было не в том, что Блу причинила ему боль. Она причинила боль себе, ведь Халлан даже не почувствовал удара. Дело было в том, что она это сделала. Что у нее хватило наглости ударить его и рискнуть всем, чтобы сбежать.

Блу продолжала бежать ко мне, и я понял, что теперь она в безопасности. Мара позаботиться о ней. Я побежал к ней на встречу, но, прежде чем мы встретились посреди поля боя, я перепрыгнул через нее по широкой дуге и приземлился прямо на Халлана, который быстро принял свой волчий облик. Я ударил прямо в яремную вену.

Покончил с ним. С предательством и неуважением. Через несколько секунд он уже истекал кровью под моими передними лапами, его глаза смотрели на меня с каким-то благоговением.

Я услышал, как мои волки последовали за мной, и бросились на врага. Они начали рассеиваться. Большинство противников начали отступать, а затем побежали в другую сторону, когда увидели, что я одичал. Они смотрели на своего собственного альфу, надеясь, что он тоже одичает, но, когда этого не произошло, они поняли, что проиграли войну.

Я направился прямо к альфе и краем глаза увидел Логана, когда он бросился на бету. Это была настоящая резня, и длилась она меньше, чем кто-либо ожидал.

Халлан думал, что, похитив мою Луну, он одержит верх. Он ошибался. Моя Луна – моя внутренняя сила, мое желание жить и поступать правильно со своей стаей. Все, что ему удалось, – это разжечь во мне огонь. Однажды я простил его, и это была моя ошибка. С этого момента больше никаких ошибок. У меня есть моя Луна, которую я должен защищать и обеспечивать.

Земля пропиталась кровью. Какая разница, наплевать.

Глава четырнадцатая

Блу