— Почему ты нарисовала меня именно с крыльями? — осипшим голосом уточнил Кровен. — У вампров нет крыльев, хотя они могут летать не хуже тех же драконов.

Странно, он сказал «они», что бы это значило? Оговорка по Фрейду?

— Не знаю, — пожала плечами. — Просто увидела тебя именно таким, с ангельскими крыльями.

— Ангельскими?

Пришлось объяснять. Когда закончила, то встретилась взглядом с Горавом. Он на меня смотрел как мужчина, которому понравилась девушка. Я смутилась, опустила глаза и, по всей видимости, покраснела.

— Что ты сама думаешь насчёт этих рисунков? — серьёзно спросил Кровен.

— Я думаю, что это твоё будущее, даже не так — я знаю, что это будущее, но его можно избежать, если прислушаешься. Эти девушки разные, но кто они — ничего не могу сказать. А вы их не знаете?

— Нет, здесь только их спины. Ладно, — махнул рукой Кровен. — Спасибо, Ника.

Я кивнула.

— Чем ты планируешь сейчас заняться? — спросил Горав. Ох, вот этот его взгляд, такой горячий. Не понимаю, что со мной творится? В своём мире я себя так не вела, а тут от внимания красавцев теряюсь, млею, смущаюсь и трепещу. Неужели девочка созрела, как говорится? Никакой влюблённости, напомнила я себе, на это у меня нет времени, к тому же неизвестно, вдруг у вампров тоже есть избранные, а я не из этого мира, потому нечего губу раскатывать.

— Я договорилась с Альдорсом, хочу с ним побеседовать наедине. А потом с Ведой будем шить себе одежду.

— Сама шить? — удивился Горав.

— Я, конечно, могу и сама, но слишком много времени надо, потому воспользуюсь артефактом.

— Каким артефактом? — заинтересовался Кровен и как-то весь напрягся. — И где раздобыла?

— Если обещаете никому не рассказывать, то… — Клыкастые одновременно кивнули. — Мы взяли из хранилища Альдорса, где все ткани хранятся, да и сами ткани стащили. А сундучок был запрятан, весь в пыли, потому решили, что никто не хватится…

— Подожди, а почему своровали? Неужели Альдорс и Волдер не предоставили тебе всё необходимое?

Я отрицательно покачала головой. А братья нахмурились.

— Альдорс уезжал, ему было не до меня. А тут живут две, хм, старушки, его сёстры, ну, в общем, сами понимаете… Пришлось немного понаглеть, показать свой характер… во-от… — Смущённо опустила глазки на руки, ага, сама невинность. Признаваться в воровстве очень стыдно.

— А куда смотрел Волдер? — уточнил Горав.

Я промолчала, и правильно сделала, так как неожиданно раздался раздражённый голос волчары.

— Она здесь никто, почему мы должны её одевать и бесплатно кормить? Вот ещё… — И скривился, посмотрев на меня. Шкура облезлая. От перепада его настроения у меня скоро аллергия начнётся. — А за то, что ты воруешь, в пору кнутом отстегать.

Невыносимо обидно, и злость не заставила себя ждать. Что-то в груди полыхнуло, поднялось, но ещё не вырвалось. Оно мощное, сильное, неконтролируемое… Чётко зазвучали в голове шёпотки. Я встала и, не отрывая гневного взгляда от Волдера, понизив слегка свой голос, медленно и с расстановкой произнесла:

— Ты до каких пор будешь ко мне цепляться? Угрожать? Обижать? Бросаться несправедливыми обвинениями? Ты думаешь, что поступаешь правильно? Абсолютно нет. Если не хочешь без силы остаться, то не стоит считать меня врагом, иначе... Ты никогда не станешь Объединителем, а погибнешь от руки лучшего друга — ты будешь предан им.

Наваждение схлынуло. Шёпотки прекратились, а клубящаяся внутри мощь улеглась обратно. Отдышавшись, я поняла, что сказала, и ужаснулась. Зажала рот руками и вылетела из кухни, побежав в сторону комнаты. Надо успокоиться и подумать. Неужели я предсказала?! Нет, я не хочу, чтобы Волдер погиб, пожалуйста, не хочу. Не хочу, не хочу… Что я там сказала? «Не стоит считать меня врагом»… Неужели я стану одной из причин его… наказания? Или его просто предадут? А при чём тут я? Нет, не понимаю, не хочу… Мою голову прострелила боль, я даже вскрикнула и увидела умирающего оборотня с пробитой грудью...

— Уууууу... — Я ощутила рану как свою собственную. Ощутила смерть, холод, пустоту… — Нет, не умирай… — вскрикнула я. — Помогите ему в будущем, прошу… — обратилась к Наблюдателям, сложив руки в ладошки. Молила и плакала, просила, обещала, грозила и снова плакала. В какой именно момент из моих рук потекла золотая энергия и устремилась куда-то прочь — не знаю. Благословение? Но для кого? Я надеялась, что оно для Волдера. Он должен жить, должен… В итоге я без сил повалилась на кровать и уснула. Да ещё так крепко, что не услышала, как в мою комнату кто-то зашёл и что-то забрал с собой.

***