Интересно, что не так с моей техникой? Или это какой-то очередной изощренный подкат?!

Я непроизвольно прижалась лбом к прохладному стеклу.

Как же он меня бесил…

Бесил. Бесил. Бесил.

Тем не менее, во всем происходящем можно было разглядеть и позитивную сторону – раз Арс ушел из дома, я могла беспрепятственно понежиться в ванне, не опасаясь, что он, как вчера, вломится без приглашения.

Собственно, этим я и занялась, устроив мини спа-программу, правда, вернувшись в спальню, я обнаружила, что время так и тянется со скоростью улитки.

Я вновь подошла к окну, с тоской покосившись в сторону парка.

С одной стороны, идти туда было бы откровенной глупостью, но с другой, никто ведь не имеет права делать мой мир ущербнее, вынуждая пропускать пробежку? Раз он тоже там тренируется, что мне теперь, забросить занятия спортом?

Упрямо поджав губу, я натянула спортивный топ, лосины и толстовку, завязала кеды, и, прежде чем передумать, выскользнула из дома.

Выйдя на улицу, я пришла к окончательному выводу, что поступила правильно, и не позволю ему диктовать, бегать мне или нет. В конце концов, парк принадлежит не Терновскому!

Включив наушники, я стремительно сорвалась с места. Разминка, сделанная перед выходом, разогрела мышцы, и я быстро набрала хороший темп, сразу ощущая прилив жизненных сил.

Однако длился он недолго…

АРСЕНИЙ

Я сразу боковым зрением заметил, как Маша забежала в парк, но решил в этот раз не напирать, сперва, приструнив своего беснующегося внутреннего зверя.

Да, немного успокоиться не помешало бы – я как-то чересчур сильно обрадовался, что она все-таки приняла мое приглашение.

Думал уже очередное динамо, хотя внутреннее чутье подсказывало – Маруся придет.

И она пришла, правда, заставив меня прождать ее больше часа…

За это время моя стандартная получасовая тренировка неожиданно усложнилась практически до олимпийского уровня: чего я только не делал, чтобы скоротать минуты тоскливого ожидания, а завидев ее белокурую макушку, нутро едва ли не разнесло в щепки.

Так вот, я скорее себе дал время загасить эмоции, как бы дико и стремно это не звучало.

Всерьез опасался затискать девчонку где-нибудь между деревьев.

Потому что после нашего вечернего рандеву с эротическим подтекстом в ванной, мне полночи снилось, как я языком замеряю глубину наших поцелуев.

Ага. Полоумный.

И не только в губы…

В своих фантазиях, затянутых вязким мороком, я вообще всеми возможными способами изучал ее прелестное тело… Блядски нежно. С чувством. С толком. С расстановкой. С Машей мне хотелось именно так… чтобы разъебывало от нежности.

В один момент я даже подорвался к Ромашке в комнату: подумал, вдруг неправильно считал ее невербальные сигналы, и она с распростертыми объятьями ждет меня в кровати?

Эх. Наивный.

Разумеется, моя гиперфиксация крепко спала, даже не подозревая, как меня убого размотало.

Стоит ли говорить, что я опять не выспался, с раннего утра отправившись в долбанный парк?

Пройдясь костяшкой большого пальца по переносице, я на несколько секунд прикрыл глаза. Как же неприятно было ощущать себя слабаком. Непривычное для меня амплуа. Бесячее. Дикое.

Однако эти эмоции завораживали – когда Ромашка находилась в поле моего зрения, сердце надрывалось безумным галопом, будто работает на электричестве.

С той ночи в клубе я буквально функционировал на этих разнузданных эмоциях, поражаясь тому, что с каждым днем их концентрация лишь увеличивается. И я понятия не имел, как это остановить, кроме одного единственного, известного мне способа.

Дорваться.

Пора признать, для меня было в новинку в прямом смысле «гоняться за девчонкой», чем в данную секунду времени я и занимался, преграждая Маше дорогу.

- Ромашова, доброе утро! – высек я максимально непринужденно для сталкера-самоучки.

- Привет… - промурлыкала девчонка, потупив взгляд, и давая мне возможность рассмотреть ее охрененную фигурку, затянутую в тонкий стрейч спортивного костюма.

Бляяя…

Я моментально пожалел, что приперся в свободных трениках. Шаг влево, и о моих габаритах узнают все соседки-бегуньи… уж слишком у Маруси была шикарная задница. Держать свое гребанное животное нутро становилось все труднее.

Однако я не собирался сдаваться.

- Маш, я рад, что ты пришла, - улыбнулся я, с трудом циркулируя воздух.

Потому что ты такая красивая… Выбиваешь почву у меня из-под ног. Пиздец, просто. Поверить не мог, что я так тушевался перед девчонкой…

- Я не к тебе пришла, - недовольно буркнула Ромашка, хотя по ее взгляду было четко видно, что именно ко мне, пусть даже она и себе боялась в этом признаться.

Но чутье не пропить. И от этого сумбура у Маши во взгляде, сердце начало долбиться беспрерывно, как и пульс, устремившийся с Байконура прямо к звездам.