Черное платье мини с кружевом и чокер на тонкой шейке.

Ебабельно. Даже слишком.

Забавно, но вчера в клубе она выглядела скромнее.

В самом деле, для кого?

Я стиснул пальцы в кулак, наблюдая за тем, как пристально брательник скользит взглядом по стройным ножкам девчонки, только хер ему, что перепадет.

- … Я понимаю, первое время нам будет непросто, но…

Я разглядывал Марусю, заторможенно моргая.

Чувствовал, как все внутри воспламеняется, засыпая легкие пеплом, пока мой эмоциональный фон технично катится под откос, приказывая долго жить…

Клацая зубами, я принял из рук официанта «кубок» с безалкогольным пивом, продолжая сидеть в тупом безмолвии.

Потому что приехал же на «семейные» посиделки с целью погнобить отца… повыдолбываться. Ну, такова официальная версия.

А неофициальная…

Я даже себе не мог признаться, ради чего свалил с тренировки, обрекая себя на эту пафосную браваду под суррогатное пойло. Как не получалось и смириться с тем, что выглядела Маша охрененно.

Вот ни убавить, ни прибавить. Даже без своих фирменных гулек-локаторов девчонка моментально настроилась на мою волну.

Или я на ее?

- … Надеюсь, вместе у нас получится создать свою собственную историю…

В сухом остатке, хотелось выколоть себе глаза, потому что рядом с Марусей будто просыпались мои звериные инстинкты, и я элементарно боялся наделать херни.

Еще вчера ночью в клубе понял, что притягиваемся мы, как магниты, создающие поля колоссальной мощности, от которой все тело долбит дрожью…

Увы, у меня в отличие от нее не получалось так филигранно изображать равнодушие. Готов был поклясться, ей точно не плевать.

Даже без пресловутых «глаза в глаза», ее агрессивное напряжение перетекало в меня словно ток: я чувствовал ее каждой клеткой, испытывая какие-то запредельные вибрации в области сердца.

Сердца…

Да, бл*ть! И снова оно.

Не ожидал, что эта мышца окажется столь беспокойной…

Стоит ли говорить, что я находился на взводе?

На пике циркулирующего вокруг напряжения, с трудом сохраняя внешнюю невозмутимость. Если откровенно, хотелось крушить все вокруг…

Так себе мутки, короче.

- … Поэтому предлагаю выпить за нашу будущую крепкую семью! – батя с излишним пафосом поднял бокал с игристым.

В этот момент моя гиперфиксация устремила на Даню полный смущения и теплоты взгляд, следом за своей матерью и батей приподнимая бокал.

Ну, прямо идиллия!

Почему никто не орет «горько», как в дешевой мелодраме?

Им еще для полноты этой кринж-картины не хватало засосаться …

Миг, и я засек, как Даниил будто невзначай провел пальцем по ее запястью, прикасаясь к тому, что трогать строго запрещено.

Где ее реакция?

Где реакция?!

Божественноликая даже не шелохнулась.

Пиздец.

Гребанный пиздец.

За грудиной случился мощный взрыв в тротиловом эквиваленте, провоцируя всплеск ослепляющей ярости. Звериной. Неукротимой.

Да катись оно все…

Поднявшись, я выдернул бутылку из ведра со льдом, и, промочив горло элитным бухлом, персонально обратился к каждому:

- Мама, папа, сестренка…

Наконец, Маша отмерла, удостоив меня своим гребанным ангельским взглядом из-под пушистых ресниц. И этот контакт оглушил, до безумной какофонии в башке и стремных бабочек-мутантов в другой небезызвестной части моего тела.

Мы провалились друг в друга. Всего на мгновение… Но. С*ка. Вот такой неконтролируемый сбой всех систем. Перегрев. Жизненно важных показателей. Разом…

- За крепкую семью! – ухмыльнувшись сквозь зубы, я покинул помещение ресторана, чувствуя себя в хламину.

В хлаааам.

Лучше бы не смотрела…

***

Глава 8

Первый час ночи, а я уже находился на максимальном градусе.

Начал дезинфицироваться сразу, как только свалил из ресторана, неплохо в этом преуспев.

Жаль только, вскоре брательник нарушил мое пафосное одиночество в випке, притащив с собой каких-то баб – знал же, жук, как можно ненадолго загасить мою агрессию.

***

- Кстати, Арс… - Даня расплылся в своей идиотской улыбке, которую мне периодически хотелось смазать заряженным кулаком, - Вернемся к нашим семейным проблемам? М?

Он мне подмигнул, и я сразу почувствовал, что буду не в восторге от продолжения.

- Думаю замутить с Машей, - брат как ни в чем не бывало погладил колено девчонки, закинувшей ноги ему на бедро, - Ну, а что? Классная. Тихая. Скромная, - глаза младшенького вспыхнули темным блеском.

Надо сказать, он тоже немало принял на грудь.

Я подвис на его довольной роже, пытаясь проанализировать слишком остро срезонировавшие за грудиной эмоции.

Однако рев крови в висках заглушил способность анализировать. Пульс вопил, сдерживая голос разума, если он когда-то и вещал в моей дурной голове.

- Уйди! – сухо рубанул я, скидывая с себя безымянную девчонку.