Тело Роба вздрагивает и выпрямляется, лис снова превращается в человека.

— Мэриан, — тяжело дыша, на выдохе произносит он. — Тебе нужно остаться. Тебе нужно…

— Ни хера мне не нужно! — ору я в ответ. Пусть звери здесь они, но дикой, необузданной и опасной сейчас чувствую себя я. Мною движет чистый инстинкт — та мощная сила, что просыпается, когда тебе нечего терять и можно лишь выиграть. Я всего в паре шагов от сарая со снаряжением, где на виду лежит арбалет и несколько стрел, а там еще совсем немного до внешних ворот. — А теперь отвалите от меня!

Кто-то швыряет Робу какую-то мягкую шмотку, и Уилл, который тоже вернул человеческий облик, ловит ее — Тук успел выцепить одежду откуда-то из глубины сарая.

— Просто подожди, Мэриан, — просит Уилл, присаживаясь, чтобы натянуть штаны.

— Зачем? Чтобы вы все-таки смогли срубить на мне бабла? — кричу я. — Знаете, что я поняла? Вы забили на план с похищением только потому, что за меня некому платить! Легко быть благородными, когда это ничего вам не стоит! — выплевываю я.

— Хорошо, — произносит Роб, — но Мэриан, мы ведь не знали тебя. Мы не знали…

— Не знали, что продали моему отцу наркоту, которая его убила?!

Лицо Роба каменеет. Но он ничего не говорит. Не отрицает.

— Скажи, что это неправда, — прошу я, чувствуя, как подступают новые рыдания. — Скажи, что это ложь. Скажи, что Эл-Джей просто пытался меня задеть, что это…

В ушах начинает звенеть, этот звук буквально разрезает сознание.

Нет.

— Мэриан, — тихо и серьезно говорит Роб. — Мэриан, я творил… мы творили полное дерьмо. Я не могу тебе соврать и сказать…

— Нет, — отрезаю я, делая медленные шаги назад, прочь от дома. — Нет. Знаешь что? Даже не начинай. Это неважно. Мне вообще не следовало верить вам с самого начала.

За спиной Роба я вижу, как Уилл стискивает зубы. Тук тоже выглядит так, будто ему больно.

— Ты не уйдешь, — заявляет Роб. — Не уйдешь, пока мы все не объясним. Ты останешься здесь, Мэриан.

Он резко подается вперед, но я оказываюсь быстрее.

— Нет!

Я бросаюсь к арбалету, вскидываю стрелу и застываю, целясь ему прямо в грудь. Руки ходуном ходят от тяжести оружия, от адреналина и нервов, но я держу прицел достаточно ровно.

— Сделай хоть один сраный шаг, и я выстрелю! — кричу я, обжигая глаза горячими слезами. — И не думай, что я блефую!

Тук хмурится. Уилл прижимает ладонь к губам. А у Роба округляются глаза, и рот слегка приоткрывается. И… проклятье, проклятье, проклятье, мне ведь так хотелось, чтобы все это было по-настоящему. Мне хотелось видеть эти лица каждый день, каждое утро, когда я просыпаюсь, и каждый вечер, когда засыпаю.

Но реальность совсем другая.

В этом мире ничего не дается даром, Мэриан.

— Пожалуйста, — просит Роб, протягивая ко мне руку. — Просто…

С резким сухим щелчком стрела срывается с арбалета, с шумом рассекает воздух и прилетает ему точно в плечо. Точное попадание, пробивающее до крови.

Роб шатается, издавая полный боли вой, но я не остаюсь проверять, что будет дальше. Я бросаю оружие и бегу, бегу, бегу, пока не оказываюсь у ворот. Судорожно достаю электронный ключ, прижимаю его к панели, и с тихим шипением поршней створка ворот отходит в сторону.

Никакой сигнализации, никаких проблесковых маячков, только чистый путь наружу.

И я ухожу.

Глава двадцать восьмая тут



Странно, но мне казалось, что на той стороне все будет иначе, будто я перенесусь в другой мир, но ничего не изменилось. Все тот же Шервудский лес, все то же ленивое щебетание птиц и безмятежный шелест сосновых иголок и листвы.

И все же я делаю глубокий вдох.

Затем принимаюсь искать машину.

Она стоит чуть дальше по дороге, у подножия холма — видимо, Эл-Джей бросил ее там, когда не сумел врубить передачу. Слава богу, есть водители, которые не умеют ездить на механике.

Я пока не знаю, что именно буду делать. Поеду куда глаза глядят, попробую найти работу. Без проблем устроюсь автомехаником, если удастся убраться от Шервуда достаточно далеко, чтобы остаться безымянной. Просто девчонка с потеками моторного масла на ладонях, с разбитым сердцем в груди и более-менее прямыми руками для работы со сварочным аппаратом. Буду вкалывать за наличку, без официального оформления. Пойду на все, чтобы просто выжить.

Я забираюсь на переднее сиденье и завожу двигатель. Когда он легко схватывает, у меня едва не наворачиваются слезы облегчения. Бензобак почти полон. Успею доехать до следующего округа, а то и до соседнего штата, прежде чем понадобится заправка.

Я включаю передачу и с пробуксовкой срываюсь с места.