Но я, во-первых, не зеленая студентка, во-вторых – оборотень с крыльями, а в третьих, углубляться в топи не собираюсь.

* * *

Лететь приходилось медленно, скорее перепархивать с ветки на ветку, прислушиваясь к тому, что происходит вокруг.

Ситуацию осложнял тот факт, что я находилась не на человеческих землях и преследователи мои людьми не были. Как отличить обычную птицу или зверя от оборотня, если он этого не хочет?.. Да и если я правильно помню, то двуипостасные – народ дружный и активно сотрудничают, то есть те вот красиво распевающиеся волки могут быть разумными.

Но долго бояться я не умею, потому сосредоточилась на дороге.

Мне надо покинуть земли оборотней, и тогда все будет хорошо.

Но для этого надо выжить. А чтобы выжить, надо есть и спать. И если со сном проблем я не видела, то вот питание…

Через несколько часов я ощутила легкий голод. К счастью, быстро нашла кедровую шишку и, раздербанив ее, поклевала орехи. Но они скорее раздразнили аппетит, и вообще организм явно намекал на то, что он желает мяса.

В итоге, решив не ждать, пока ослабну, я попыталась завалить первого попавшегося зайца. И обалдела сразу по нескольким причинам!

Для начала – заяц оказался жуть каким здоровенным! Вот вообще не безобидный кролик, а мощная тварина. Она почти сразу вывернулась и попыталась задрать меня задними лапами. Я вспорхнула повыше, уворачиваясь от удара, и рванула следом за раненым зверем, которому я тоже нехило покоцала спину.

Минут через двадцать он наконец затих в моих когтях. Прижимая зайца к земле, я впивалась в него клювом и когтями, чувствуя, как в голове грохочет пульс, и с ужасом понимая, что мне хочется… хочется того, чего человек хотеть не должен! Впиться глубже, оторвать кусок мяса, еще сочащийся кровью, подбросить в воздух и, поймав, проглотить.

Теплый, мягкий, вкусный…

Я никогда не ела сырого мяса, но сейчас была уверена, что ничего вкуснее быть не может. А все эти термические обработки – человеческие причуды.

В общем, с трудом отошла от добычи и, постояв в сторонке несколько минут, пришла в себя.

Так, ладно…

После недолгих раздумий я обернулась в человеческую форму и, отрастив когти, приступила к свежеванию тушки. Проведя все нужные манипуляции, прикопала внутренности. Огляделась. К счастью, еще недостаточно стемнело, и мое маленькое огненное заклинание не будет таким уж заметным.

Поджарив мясо, я от души наелась и, вновь обернувшись совой, вспорхнула на ветку дерева, заметив, что из-за дальнего куста за мной внимательно наблюдает какая-то животина.

Сначала я увидела только глаза. Два тускло-зеленых огонька почти у самой земли – неподвижных и слишком внимательных для обычного зверя.

Я замерла, распластавшись на ветке и стараясь даже дышать потише.

Наконец из-за куста показалась морда: вытянутая, темная, с короткими круглыми ушами и светлой полосой ото лба к носу. Зверь был похож на росомаху, только раза в полтора крупнее и куда менее лохматый. Шерсть на его боках отливала мокрым серебром, а широкие лапы почти не вязли во мху.

Нечисть какая?

Но я не помню такого в справочниках… хотя, как уже говорила, вообще-то не зеленая студентка и кругозор у меня пошире базового будет!

– Ну и кто ты такой? – тихо ухнула я.

Животина не ответила. Только повела носом, явно учуяв запах крови, дыма и свежего мяса.

Нормальный хищник должен либо испугаться огня, либо попытаться отобрать добычу. Этот же просто сидел. Смотрел.

Я уже начала прикидывать, успею ли взлететь, если оно вдруг решит прыгнуть, но зверь вдруг фыркнул, лениво развернулся и скользнул между кустами.

После этой встречи идея заночевать рядом с местом охоты (и пожрать еще и утречком) перестала казаться разумной. Вдруг эта животина еще и по деревьям хорошо лазит, как те же медведи?

Я взлетела и двинула дальше, стараясь держаться низко и не выныривать над кронами деревьев.

Через некоторое время я нашла старую пихту, росшую в небольшом распадке. Ствол у нее был такой широкий, что его не обхватили бы и трое, а нижние ветви густо переплетались, образуя почти настоящий зеленый шатер.

Для ночлега место подходило неплохо. Снизу его закрывали папоротники и колючие кусты, сверху – хвоя. Если кто-то решит искать меня с воздуха, заметить будет сложно. Если придет пешком… ну, тут как повезет.

Я уселась в развилке между двумя толстыми ветвями, несколько раз переступила лапами, устраиваясь поудобнее, и с некоторой тоской осознала, что кровать в аспирантском блоке внезапно начала казаться вершиной человеческой цивилизации. Даже Лира за стенкой не так страшна, как ночной лес, где каждая тень может оказаться чем-то зубастым.

Ночь наступала быстро. Между стволами потянулся белесый туман, где-то вдалеке перекликались птицы, а потом раздался протяжный вой. Не особенно громкий, но от него по спине словно провели холодным когтем.