Бавар кивнул.

— Хорошо. Они нам понадобятся.

Я нажал кнопку, давая Уэсу знать, что получил сообщение, затем снова прошелся по крыше.

— Если они прорвутся, а мы начнем проигрывать, то переместим Эйвери.

Я был согласен с этим планом. Если поместье падет, Эйвери станет легкой добычей. Эта безопасная комната надежна только в том случае, если стены устоят. В ту секунду, когда стены начнут рушиться, магия исчезнет.

Услышав шелест ветвей в миле от меня, я выпрямился и прислушался, отфильтровывая заклинания, постоянно атаковавшие поместье.

Я услышал голоса, затем грохот копыт и лязг металла.

— Похоже, прибыла стража фейри.

Бавар улыбнулся.

— Вовремя.

— У нас прорыв! — послышался крик Терри из браслета командира.

Увидев вспышки света, я вскинул голову. И в шоке распахнул рот, когда тысячи крошечных частиц врезались в купол, как будто гигант бросил горсть горящих углей, миллионы из них ударили одновременно со всех сторон.

— Что за…

Защита разлетелась вдребезги, сверкнул взрыв света, и сноп искр сбил меня с ног и опрокинул Бавара на спину.

— Нет! — взревел я.

Я вскочил на ноги и изменился в воздухе, мой волк приземлился на крышу с яростным рычанием и взъерошенной шерстью.

Люди в мантиях шагнули вперед, воспользовавшись нашим кратковременным отвлечением.

Лорд Годасара откинул голову назад и капюшон мантии упал, открывая его лицо. Он выглядел именно так, как был изображен на рисунке. Из-под волос торчали большие заостренные уши, вдвое больше ушей фейри. И кожа у него была темнее, как спелые зеленые оливки, а волосы — снежного оттенка.

— Милостивые боги, — прошептал Бавар, поднимаясь на ноги. — Он действительно жив.

Снизу донеслись крики Третьего отряда. Полетели заклинания. Засвистели стрелы. И вокруг замка гигантский грохот резко потряс землю.

Мой волк зарычал, пока я наблюдал за событиями, происходящими вокруг нас.

Бавар побледнел, обнажив меч.

Лес внезапно ожил, его ветви и лианы переплетались и сливались воедино, пока не образовали затор из спутанной древесины и коры.

— Нет, — прошептал Бавар. — Он эльфийский лорд и управляет лесами. Стража фейри потеряет время, чтобы прорубиться через лианы. — Он указал кинжалом на ветви деревьев, которые были сплетены вместе. В другой руке он держал меч, поблескивающий на солнце.

Мерцание магии материализовалось у изогнутого моста, что шел через ручей. Появились двадцать членов СВС — Девятнадцатый и Двадцать Второй отряд прибыли с помощью портальных ключей.

— Слава богам. Нам понадобится их помощь. — Бавар спрыгнул с крыши, когда люди в мантиях приблизились и вступили в бой.

Лекс, Терри, Марни, Бишоп и Шарлотта отбивались от атаки, сражаясь с двоими чернокнижниками за раз, но прибывшие отряды быстро вмешались, так что на каждого чернокнижника приходилось по два члена СВС, пока к нам не присоединится стража фейри. Тогда мы бы еще больше превосходили их численностью.

Лорд Годасара откинул голову назад и пристально посмотрел на меня. Его губы приподнялись в понимающей улыбке, прежде чем он выпустил заклинание прямо в меня.

Ярость взорвалась в моей груди, когда я метнулся влево, уклоняясь от заклинания. Я зарычал, а затем прыгнул в хаос внизу, направляясь прямо к древнему эльфу, который хотел забрать мою пару.

Глава 24

Эйвери

Минуты превратились в часы. Ничего не происходило в этой крошечной, сильно защищенной комнате. Я не знала, день сейчас или ночь. Я бы вообще не поняла, сколько мы тут сидим, если бы не часы на руке Николаса.

Когда начался четвертый час нашего заточения, я резко подскочила на кровати.

— А вдруг они все мертвы?

От этой ужасной мысли у меня по коже побежали мурашки. Я легла на кровать, перевернулась на бок и посмотрела на вампира. Он уже несколько часов лежал на полу рядом с кроватью.

— А вдруг они проиграли лорду эльфов и чернокнижникам, и именно поэтому никто сюда не спустился?

Николас взмахнул рукой.

— Это невозможно. Мистри заверил меня, что если поместье рухнет, дверь автоматически откроется. Это защитная мера, чтобы мы не оказались запертыми здесь навсегда. — Он вздрогнул. — Ты можешь себе это представить? Вампир, навсегда запертый под землей, а ты единственный источник пищи?

Я поморщилась.

— Я бы предпочла не представлять этого, спасибо.

Вампиры не могли умереть, даже если у них не было еды. Без крови они просто превратились бы в иссохшие скелеты. Так что, хотя я могу умереть, то Николас по любому выживет. И я была совершенно уверена, что если жажда крови возьмет верх над ним, он выпьет меня досуха.

— Не бойся, — сказал Николас, вероятно, почувствовав мой ужас. — Этого не случится.