Я сдержал улыбку, когда моя кровь закипела. Черт возьми, я любил ее огонь. Это была одна из причин, по которой я влюбился в нее. Она была бойцом и не отступала, даже когда над ней нависает командир СВС.

— Это ради твоей безопасности, — спокойно ответил я.

— Если это так, то почему я не могу жить с Шарлоттой? Она вполне способна защитить меня. И если ты еще не заметил, я тоже не слабачка. Это я спасла вас вчера.

— Верно. Ты не слабачка. — Я поднял руку, когда она открыла рот, чтобы снова возразить. — Но ответ по-прежнему отрицательный, потому что Шарлотта новичок. У нее недостаточно опыта, чтобы защитить тебя.

Она выгнула бровь, магия волнами исходила от нее.

— А твоя девушка не станет возражать, что ты будешь спать со мной в одной комнате?

На этот раз не смог сдержать улыбку. Сделав шаг ближе к ней, я прошептал ей на ухо:

— Осторожно, я чувствую твою ревность.

Она напряглась, а затем вздрогнула, когда мое дыхание коснулось ее кожи. Но сразу же стукнула меня по плечу.

Я удивленно приподнял брови, стараясь сдержать смех.

— Ты только что ударила меня?

У нее отвисла челюсть, а в глазах мелькнул ужас. Она быстро взяла себя в руки и закрыла рот. Потом повернулась ко мне спиной, чтобы я не мог видеть ее лица.

— Я… Я не знаю… не знаю, почему это сделала. Прости.

Я подошел ближе, чтобы она почувствовала мое присутствие у себя за спиной. Потом снова тихо сказал ей на ухо:

— Марни ничего для меня не значит. Она не моя девушка и никогда ею не была. Тебе не к чему ревновать.

— Я не ревную!

— Ну, если это так, то у тебя нет причин бить меня.

Она повернулась ко мне лицом, но как только поняла, как близко мы стоим, сделала огромный шаг назад.

— Прости за это. Не знаю, что на меня нашло.

Я открыл рот, чтобы сказать ей, что точно знаю, что на нее нашло, но Бавар вернулся из комнаты Шарлотты и махнул рукой в конец коридора.

— Ваши покои прямо в этой стороне.

Эйвери бросилась к фейри, в то время как я замыкал шествие. Я с трудом сдерживал улыбку, чувствуя огромное удовлетворение. Может, Эйвери и не помнит нас, но ее тело помнит, что она когда-то чувствовала ко мне.

И теперь я знал, что могу завоевать ее снова.

 

Глава 11

 

Эйвери

 

Бавар показал нам комнату, которую мы с Уайаттом будем делить во время нашего пребывания в поместье. Мое сердце бешено колотилось, как у кролика, от неловкости

Серьезно, что со мной было не так?

Бавар вошел в комнату вместе с нами, и я огляделась, стараясь отвлечься. Комната была такой большой, что здесь могла бы с комфортом разместиться целая семья.

У дальней стены стояла огромная кровать с балдахином, который поддерживали четыре деревянных столбика. Прозрачные занавески привязаны к столбикам плетеными шелковыми кисточками. Хотя кровать была слишком большой, но все же выглядела очень удобной.

Гора подушек лежала у изголовья кровати, и я очень хотела потрогать ткань бледно-лавандового цвета, которая выглядела мягкой, как шелк, но при этом сделана из тончайшего хлопка. Стеганое одеяло выглядело таким пушистым и удобным, что мне захотелось укутаться в него с головой.

Конечно, я этого не сделала, потому что не хотела поставить себя в неловкое положение. Я собиралась отвернуться, но какое-то далекое воспоминание снова привлекло мое внимание к кровати.

Кровать с балдахином.

Балдахин.

Красное дерево.

— Все в порядке? — спросил Уайетт, подходя ко мне.

— Да. То есть, наверное. Просто кровать кажется знакомой. У меня дома такая кровать?

Он посмотрел на кровать, потом на меня с непроницаемым выражение лица.

— Что в ней кажется тебе знакомым?

— Размер и балдахин с занавесками, большие столбики. — Я покачала головой. — Не знаю. У меня такое чувство, будто я спала в такой кровати, но не могу вспомнить. Как будто мой разум постоянно играет со мной злые шутки.

Он пододвинулся еще ближе и коснулся моей руки. Но затем отстранился.

Мое сердце сжалось от этого контакта.

— Ты недавно спала на похожей кровати, — сказал он, пристально смотря на меня.

— Правда?

— Да, всего две ночи назад ты спала в точно такой же постели.

Я нахмурилась, пытаясь вспомнить, но, как и раньше, меня встретила лишь пустота. Я тяжело вздохнула от разочарования.

— Мне придется поверить тебе на слово.

Он продолжал смотреть на меня, и от его пронзительного взгляда у меня скрутило живот. Я крепко сцепила руки перед собой, пытаясь успокоиться. Отвернувшись от него, я осмотрела остальную часть комнаты.

Вдоль одной стены стояли два высоких деревянных шкафа рядом с закрытой дверью, которая должна была вести в ванную. Рядом со шкафом небольшой письменный столик, а на нем лежали пергамент и перья.