— Ну всеееее, — капризно тянет Юлька, хватая меня под руку в коридоре универа. — Теперь ты замужем, и мы больше не можем тусить, как прежде.

Ночью мы с Вадимом вернулись домой из отпуска, а утром я уже на занятиях в университете. Преподаватели недовольно на меня поглядывают из-за двухнедельного прогула. Свадебное путешествие не является уважительной причиной для пропуска занятий.

— Да мы и раньше не особо тусили. Если только на первом курсе.

— Ну мы хотя бы ходили куда-то после пар, сидели в кафешках, гуляли по выходным.

— После пар мы и сейчас можем куда-нибудь ходить. Мой муж работает до позднего вечера.

— А что насчет выходных?

— А вот выходные я, скорее всего, теперь буду проводить с мужем.

Я еще не знаю, какой будет моя семейная жизнь. Мы с Вадимом не обсуждали, как теперь будут построены наши выходные. Но логично, чтобы мы проводили их вместе. Куда-нибудь ходили, ездили. У нас не было отношений и свиданий до брака. В основном по моей инициативе, конечно же. Но теперь я хочу стать Вадиму хорошей женой.

После занятий в университете я еду домой. Переступаю порог и сразу чувствую холод и одиночество. Долго стою в холле, глядя на интерьер своего нового жилища. Здесь красиво, но очень-очень пусто. Настолько пусто, что становится не по себе.

Я прохожу на кухню. Белая мебель сверкает чистотой. Из панорамного окна на всю стену открывается вид на сад. В этом году весна пришла в Москву рано, деревья уже с листвой. На варочной панели стоит свежий обед, приготовленный прислугой. Я накладываю в тарелку ризотто с морепродуктами, сажусь за стол и принимаюсь обедать в гордом одиночестве. В доме так тихо, что звон вилки о тарелку отдает легким эхом.

После обеда я поднимаюсь в нашу с Вадимом спальню, сажусь на кровать и оглядываюсь по сторонам. Идеально чисто. Идеально тихо. Идеально пусто. Как Вадим тут жил один? Я бы сошла с ума от этой гробовой тишины. Уже схожу.

Не зная, чем себя занять, пишу мужу сообщение:

«Я дома. Во сколько ты вернешься с работы?».

Ответ приходит почти сразу:

«Поздно. Я хочу, чтобы ты встретила меня в чем-нибудь красивом и соблазнительном».

Несколько раз перечитываю сообщение мужа, не зная, что сказать в ответ. Вернее, я, конечно же, должна пообещать Вадиму, что именно так и сделаю — встречу его в чем-нибудь соблазнительном. Но почему-то палец не поднимается напечатать такой ответ. В итоге я вылавливаю из себя простое «Ок» и отправляю мужу.

По итогам двенадцатидневного отпуска я не могу сказать о Вадиме что-то плохое. Мы нормально провели время вместе. У меня получилось принять Островского как что-то неизбежное. Надо сказать, перестав отторгать мысль о том, что Вадим мой муж, жить стало гораздо легче.

Да, он некрасивый. Ну, лично для меня. Совершенно не в моем вкусе. Я бы никогда в жизни не обратила бы на него внимания как на мужчину. Но ведь внешняя красота не главное. С Вадимом можно жить, если быть ему хорошей женой. Что я и собираюсь делать.

Тоска в пустом доме так разъедает меня, что я не выдерживаю и пишу сообщение сестре:

«Привет! Мы с Вадиком вернулись домой. Ты сейчас случайно не у родителей?».

«Привет! Еду к ним».

«Я тоже приеду».

Я подскакиваю с кровати и хватаю с комода большой подарочный пакет с сувенирами из отпуска. Быстро спускаясь с лестницы, вызываю такси. Щемящее чувство тоски сменилось предвкушением от скорой встречи с мамой и сестрой.

Когда я захожу во двор родительского дома, там уже стоят припаркованные машины Ланы и Якова. Брат тоже у родителей, ура! А еще папина машина тоже здесь. Отец не на работе? Очень странно, ведь сегодня будний день и еще далеко не вечер.

Я захожу в дом и сразу слышу родные голоса, доносящиеся из кухни.

— Всем привет! — радостно приветствую.

Вся семья в сборе. Даже Оля, жена Яши. Родные наперебой бегут обнимать меня. Мы не виделись целых двенадцать дней.

— Эви! Какой у тебя красивый загар! — восторгается Лана.

— Я по твоему совету ставила таймер и переворачивалась со спины на живот и обратно строго через каждые пятнадцать минут.

— Потрясно выглядишь, — целует меня в щеку Оля.

Я так долго обнимаюсь со своими родными, как будто мы не виделись десять лет, а не всего двенадцать дней. Я сажусь за стол, за которым происходит чаепитие. Мама наливает мне кружку черного чая с чабрецом. Я беру с тарелки кусочек ее фирменного пирога.

Семья спрашивает меня про отпуск. Рассказать мне особо нечего, потому что мы все двенадцать дней провели на небольшом острове, на котором не происходило ничего интересного. Несколько раз мы съездили на экскурсию в открытый океан, и на это все.

Я спрашиваю про дела у семьи. Обращаю внимание, что Лана снова без мужа. Впрочем, в буднее время рабочего дня Антон может быть на работе. Так что преждевременно делать выводе о ссоре сестры с супругом. Оля рассказывает, что они с Яшей и детьми планируют поездку в Европу на майские праздники.