Я просмотрела заметки. Публичное предупреждение о бродягах, замеченных в округе; статья о потасовке, в которой серьезно пострадал местный констебль; и еще одна — об ограблении на дороге между поместьями Самсонов и Кэбеллов. О чем-то сверхъестественном не упоминалось, но всё же. Поведение подозрительно напоминало повадки стаи оборотней.

— А миссис Кэрролл, которая совершенно не считалась с моей головной болью, проболталась, что тех оборванцев видели околачивающимися возле Кэбелл-Мэнора. Однажды, по её словам, они даже приходили к дому просить милостыню.

— Миссис Кэрролл с ними говорила?

Харпер покачала головой:

— Нет, но леди Шарлотта — да.

— Погоди, разве леди Шарлотта не говорила, что бродяг здесь не видели?

— Именно так она и сказала.

— Зачем лгать?

Харпер пожала плечами:

— Может, не хотела волновать лорда Кэбелла. Миссис Кэрролл упомянула, что его тогда не было в поместье.

Я нахмурилась.

— А ты? Узнала что-нибудь, кроме рецептов белых ведьм?

— О да. Пару любопытных вещей. Во-первых, лорд Кэбелл и мисс Шарлотта оба родились шестипалыми.

Харпер резко повернулась ко мне:

— Да ладно!

— И это еще не всё.

— Да этого уже предостаточно.

— Во-вторых, лорд Кэбелл интересовался, не занято ли чьим-то вниманием твое сердце.

При этих словах румянец на щеках Харпер мгновенно сменился алебастровой бледностью.

— Он что?

— Ты меня слышала.

— И что ты ответила?

— Что я не уверена.

— Клемени!

— Ну, я и правда не была уверена. Есть ведь агент Квотермейн…

— Нет. У нас с Аланом… — Харпер начала и осеклась. — Агент Квотермейн нашел себе кого-то за границей, — произнесла она, и голос её в конце дрогнул. — Так что нет.

— О, Харпер. Мне жаль.

Она мотнула головой:

— Нет. Всё в порядке. Этого следовало ожидать.

— Обязательно передам лорду Кэбеллу, что путь свободен.

— Только попробуй!

— Неужели?

— Нет. Пожалуйста, не надо.

— Почему?

— Он — Лорд. А его сестра… ну, сомневаюсь, что она одобрит такую, как я. Не хочу иметь с этим дело.

— Леди Шарлотта кажется мне особой, которая не одобряет никого, кроме себя самой. А что лорд Кэбелл? Он вполне мил.

— Он слишком высокий.

— Ну право же, Харпер.

— И блондин.

— А с этим-то что не так?

— Ничего. Просто… ну, это у тебя тяга к блондинам. А у меня нет. Мне нравятся темноволосые.

— Серьезно?

— Да и Кэбелл-Мэнор слишком мрачный.

— То есть тебе не нравится его огромный особняк?

— Нет, просто… Мы можем перестать об этом говорить и вернуться к делу?

— Я просто уточняю. Если тебе не нравятся богатые, красивые и добрые лорды — дело твое.

— Клемени, клянусь богом, я бы дала тебе в глаз, если бы не голова. Я не готова. Новости об Алане… застали меня врасплох. Теперь вернемся к шести пальцам. Это ведь может быть совпадением.

— Может. Но вряд ли. Прости, Харпер. Не бей меня.

— Не буду. И спасибо.

— Итак, у нас есть лорд и леди, у которых когда-то было по шесть пальцев, и монстр на болотах с таким же набором, — подытожила я.

— Семейная связь? — предположила Харпер.

— Леди Шарлотта втайне дичает по ночам? Будет жаль заковывать её в серебряные кандалы.

— О да, я вижу, как ты «убита» этой мыслью, — усмехнулась Харпер.

Я ухмыльнулась:

— В Кэбеллах течет древняя кровь. Шестой палец — всегда верный признак магии. Нам нужно быть начеку. Здесь что-то зреет прямо под поверхностью.

— А когда было иначе?

Мои мысли снова унеслись к Львиному Сердцу.

— Это верно.

— Что теперь?

— Теперь, — я вытащила карманные часы. — Теперь три часа дня, и я возвращаюсь на болота. А ты навестишь лорда Кэбелла. Сходи посмотри на те любопытные, хоть и жутковатые заводные горгульи, которые он купил для охраны.

— Погоди, в смысле ты возвращаешься на болота? Я иду с тобой.

— Нет. Кто-то должен остаться здесь, чтобы охранять Кэбеллов — задача, с которой груда шестеренок может и не справиться.

— Но Клемени, там с тобой может что-то случиться.

— Наверняка. Но если я погибну, единственное, что будет стоять между лордом Кэбеллом и оборотнем — это ты и куча винтиков. Так что оставайся.

Харпер вздохнула:

— Вечно тебе достается всё самое интересное.

— О да. Куча веселья: гоняться за монстрами в заколдованном тумане. Слышать голоса, видеть тени. Сплошной восторг. Всё еще хочешь?

— Перехотела.

— Вот и славно. Ты оставайся на ужин и светские беседы, а я пойду поговорю с леди, сделанной из воды.

— И будь «почтительной».

— Точно. Почтительной.

— Мне это не нравится. Будь осторожна.

— Само собой, — я направилась к двери.

— Я серьезно! Эдвин мне никогда не простит, если с тобой что-то случится. Да и я сама себе тоже, — крикнула вслед Харпер.

— Всё будет хорошо, Харпер.

— Львиное Сердце тоже бы не простил, — добавила она.

Я замерла, взявшись за ручку двери.

— Львиное Сердце ушел.

Харпер помолчала секунду.

— Он вернется.