Закатив глаза, Калли недовольно фыркает.

— Ладно. Но давайте хоть на пару минут отойдем в другое место?

Глава 28Калли

Да уж, денек принимает крутой оборот, хотя на часах нет и девяти утра. Я прекрасно понимала: когда пути с Ником снова пересекутся, первая встреча пройдет негладко, но чтобы так? К такому повороту я точно не была готова.

Заехать ему по физиономии – ощущение почти внеземное. И чертовски освобождающее. Впрочем, в шоке оказались абсолютно все, и я в том числе. Теперь, скрепя сердце, плетусь за Адамом и Уиллом в одну из раздевалок, чтобы окончательно расставить все точки над «и».

Пожалуй, это даже к лучшему. Если за роман с Уиллом меня могут просто уволить, то нападение на игрока во время матча обойдется раз в десять хуже... пусть Ник и заслужил. Может, парни смогут заступиться за меня перед Олссоном, если дойдет до крайности.

Зайдя внутрь, Адам тяжело вздыхает, сообразив, что дверь не запереть.

— У тебя от силы минут десять, пока не подтянулся народ. Не знаю, зайдет ли сюда кто-нибудь, но выкладывай, Калли.

Немного удивляет, что Адам даже не усомнился в присутствии Уилла. Но я решаю взять пример и не задавать лишних вопросов.

— Ладно, но с одним условием: вы просто выслушаете. От начала и до конца, — говорю я, приподняв бровь, и жду, пока оба кивнут.

Пора сбросить груз с души.

— Все началось на маминой пасхальной вечеринке почти два года назад. Она тогда вовсю выискивала мне потенциального мужа – впрочем, как и всегда, начиная с семнадцати лет. За годы я научилась сводить ее усилия на нет самыми разными способами: забалтывала ухажеров или демонстрировала «полное отсутствие манер». Но когда один из папочек перебрал с алкоголем и распустил руки...

— Один из папочек?! — выкрикивает Адам. Уилл выглядит мрачнее тучи, но он-то обо всем уже знает.

— Как, по-вашему, почему я пошла на кикбоксинг в колледже? И когда казалось, что остается только сломать ублюдку нос, появился Ник. Он увел меня предельно дипломатично – что безумно понравилось отцу.

— Месяц спустя мы начали встречаться. Он играл за клуб Саттона, всего в получасе езды от Нью-Хейвена. Я доучивалась в магистратуре, и в целом все складывалось отлично. Потом получила диплом, устроилась в отцовскую финансовую фирму, и родители наконец отвязались. Но отношения с Ником стали развиваться слишком стремительно.

— Ник наседал с женитьбой и общими банковскими счетами. Упрашивал распечатать наследство, хотя я без конца твердила: доступа к деньгам не будет до двадцати пяти лет. Через пару месяцев пошла на компромисс, и мы съехались. Но стало только хуже. Я терпела, потому что это держало родителей в узде, а возвращаться не собиралась ни при каких условиях.

— Калли... — не выдерживает Адам.

— Дай ей закончить, — отрезает Уилл.

Адам проводит ладонями по лицу.

— Извини. Продолжай.

— Спасибо. Так вот, прямо перед Новым годом Ник ошарашил меня предложением руки и сердца на семейном ужине. Я ответила отказом, — тут же добавляю я, замечая бурю, готовую вырваться наружу из Уилла и Адама. — И, естественно, без последствий не обошлось. Было много криков и взаимных оскорблений. Родня Ника принялась обвинять родителей в отказе. Это возымело эффект разорвавшейся бомбы, и начался кромешный ад.

— Родители Ника выставили меня из квартиры, за которую, как выяснилось, сами же и платили. Отец рвал и метал, обвинял меня, так что пришлось пару ночей перекантоваться в машине, пока все немного не улеглось. А когда в следующий понедельник я явилась на работу, ждал новый удар.

— Господи, куда еще-то хуже? — Адам поднимает взгляд к потолку, но тут же вскидывает ладони в защитном жесте. — Знаю-знаю, молчу.

Я глубоко вздыхаю. Наступает самая неприятная часть.

— Я всегда увлекалась фотографией и смогла по-настоящему раскрыться в колледже, когда отец не стоял над душой. Тогда в отношениях с Ником все складывалось отлично, и я... сделала несколько не совсем приличных снимков, — я морщусь, не решаясь встретиться взглядом ни с одним из них.

— Но пока пыталась дать всем передышку, прежде чем забрать вещи, Ник напечатал сотни снимков. И развесил их по фирме. В каждом отделе, холле, на рабочем столе, в кабинетах, туалетах – повсюду висели мои голые фотографии. Знаю, вы скажете: подобное чистой воды уголовка. Вот только дорогой папочка заявил, что я вылечу с работы и окажусь на улице, если подам в суд. Видите ли, нужно «сохранить лицо», ведь я сама виновата, что сфотографировалась.