Я подавляю всхлип, поднимающийся из моего горла, и позволяю своим пальцам блуждать, дразня мою киску, раздвигая губы, чтобы он увидел, что я делаю с собой.

- Что? - хрипит Лука, его язык пробегает по губе. Он борется с самоконтролем.

Его член дергается, и он отдергивает мою руку от моей киски и проводит моими пальцами по своим губам, глядя на меня, пока высасывает соки. “Ты такая чертовски вкусная”.

Мои внутренности сжимаются от его слов и огненного взгляда в его глазах.

Он с легкостью перекидывает меня через плечо. - Отпусти меня!

Конечно, он не слушает. Ему, должно быть, больно.

Морщась, он несет меня в спальню и укладывает на матрас, на спину.

“Ты никогда не слушаешь”.

Он хихикает. “Я мог бы сказать то же самое о тебе”.

Его руки разводят мои ноги в стороны. - Раздвинь для меня ноги. Он отдает приказ, и я подчиняюсь.

У меня перехватывает дыхание, когда он смотрит на мою киску, впитывая все это. “Ты чертовски идеален для меня”.

Он еще раз облизывает пальцы, прежде чем скользнуть теми же пальцами в мою киску, наблюдая, как я извиваюсь на матрасе. “Покажи мне, как сильно тебе нравится, когда я трахаю тебя пальцами”.

Я позволяю своему телу откликнуться, мои стоны и тяжелые вздохи разносятся по комнате. Мои руки тянутся к груди, и Лука видит, что я делаю, и хватает меня за руку, прижимая ее к кровати.

- Только я прикоснусь к своей жене. В его словах слышится собственничество, и мое тело содрогается от осознания того, что я принадлежу ему, а он - мне.

Он крепко сжимает мою руку, не давая мне пошевелиться, в то время как другая его рука нежно лежит на моем бедре. Его язык гладит мою киску, заставляя мои бедра приподниматься над матрасом при первом же движении его языка.

- Лука, - прохрипела я, обнаруживая, что мир вокруг меня исчезает, и он - все, что от него осталось.

Его язык пожирает меня, дразнит и подводит ближе к краю. Жар затопляет все мои чувства. Тепло разливается по мне, когда я вырываюсь из его руки, удерживающей меня.

Я запускаю вторую руку в его волосы, и он быстро убирает руку с моего бедра и с силой вдавливает мое запястье в кровать. Он не останавливается, его язык продолжает двигаться в том же ритме, точно зная, что мне нужно.

Каждый хриплый стон притягивает меня ближе. Мои глаза закрываются, мои чувства полностью переполнены мужчиной, который делает со мной такие плотские вещи, которые сводят меня с ума. Он не останавливается, пока я не начинаю дрожать.

Стенки моей киски пульсируют. Как будто мои нервные окончания охвачены огнем, и мое тело дрожит. Приподнимая мои бедра с матраса, он ослабляет хватку на моих запястьях и удерживает мои бедра, продолжая использовать свой язык тем волшебным способом, от которого у меня кружится голова.

Я парю высоко над облаками. Жар обжигает мою кожу, как огонь, и я вся в поту, хватаю ртом воздух, пальцы ног подгибаются, когда мои внутренности сжимаются и я несусь на волне к берегу.

Мне требуется несколько секунд, чтобы отдышаться, как будто я тону, улыбка всегда присутствует на его лице, когда мои веки медленно открываются.

“ Привет тебе, красавица. Лука взбирается по моему телу, а затем устраивается так, чтобы лечь рядом со мной на нашей кровати, его голова на подушке, его глаза скользят по каждому изгибу моего тела.

Я наклоняюсь, целую его, ощущая на языке смесь его и меня, когда переворачиваю его на спину, осторожно, чтобы не раздавить.

Сохранять дистанцию между нами больно, но причинить ему боль было бы невыносимо.

“ Больше никаких секретов? Я провожу пальцами по его плечам, осторожно, чтобы не коснуться пятен на коже.

“Больше никаких секретов”.

Шесть

Шесть

Бристоль

Волны головокружения накатывают на меня, когда я сажусь на корточки, чтобы подать документы для прохождения стажировки. Мне удалось заключить довольно выгодную сделку благодаря моей маме Эмерсон, которая работает в Eagle Tactical.

Она убедила Джексона позволить мне пройти стажировку.

Я должен быть благодарен. Дело не в том, что это не так, скорее в том факте, что я годами завален страницами, которые не были подшиты и упорядочены, а это моя работа.

Это чертовски скучно.

По крайней мере, большую часть времени мне разрешается носить наушники и слушать музыку на телефоне. Я могу поблагодарить Ариэллу, женщину, которая здесь работает, за то, что уговорила Джексона позволить мне это сделать.

Я провожу все утро, разбирая страницы скрепленных стопок данных, упорядочивая их по названиям, в алфавитном порядке, конечно.

Скучная работа.

Но кто-то должен это делать, и я, как стажер, получаю дерьмовую работу.

Вы бы видели их картотеку — полное безобразие. Хуже всего то, что у них так много картотечных шкафов, что они выходят из картотечной комнаты в коридор, где я и сижу на корточках. Мои бедра сводят меня с ума, а живот продолжает сводить.