Молли не стреляла. Я уверен, что снял ее раньше, чем она успела.

Я бросаю винтовку и лечу вниз по лестнице. Не знаю, как я оказался внизу, но в конце концов я там.

Пламя и Тень прибывают вместе со мной. Они встают рядом со Скар. Инк стягивает тело Молли с Туман, но она все еще в крови. Столько, блять, крови.

Я падаю на колени рядом с Туман и заключаю ее голову в ладони. Мои пальцы убирают волосы с ее закрытых глаз.

Как и пятнадцать лет назад, из моего горла вырывается рык.

Инк и Скар прыгают, прикрывая друг другу спины, и поднимают пистолеты и ножи. Тень и Пламя одновременно выхватывают оружие, но уже слишком поздно. Охранники окружают нас со всех сторон.

Они расступаются, пропуская мужчину в элегантном черном костюме, который держит свой аристократический нос высоко задранным.

— Скучали по мне, детки? — Аид улыбается каждому из нас.

 

Глава сорок вторая

 

 

 

Наше начало - это наш конец, и ты всегда будешь моим светом в конце тоннеля.

 

Есть такое выражение: вся жизнь пронеслась перед глазами.

Или, может быть, ты просыпаешься и понимаешь, что той жизни, которую ты знала, больше нет.

Именно так я чувствую себя, открывая глаза.

Дело не в першении в горле, не в сухих губах и не в головокружении.

Комната белая, но вокруг, сплошная чернота.

Еще до того, как я окончательно прихожу в себя, из-под сомкнутых век выкатываются слезы и стекают по щекам.

Я зарываюсь лицом в подушку, пока тихие рыдания сотрясают грудь.

Ястреба больше нет. Так просто. Он, блять, исчез.

Почему я все еще в мире, в котором его не существует?

Пятнадцать кровавых лет я боролась, скрывала все свои чувства и желания, двигалась вперед только ради него.

Я делала всё это, зная, что рано или поздно он будет ждать меня в конце пути. Но теперь там, абсолютная тьма.

Дверь со щелчком открывается. Я не утруждаю себя тем, чтобы поднять голову с подушки. А потом до моего сознания доходят эти размеренные, знакомые шаги. Я оборачиваюсь так резко, что в голове вспыхивает боль.

— Здравствуй, Туман. — Аид останавливается у изголовья моей кровати, точно так же, как тогда, когда я потеряла ребенка.

Все повторяется.

Только теперь мне совершенно нечего терять. Я убью этого ублюдка, а потом отправлюсь за Ястребом в ад.

Мой взгляд мечется по сторонам в поисках скальпеля или любого оружия.

— Не советую делать то, о чем ты сейчас думаешь. — Он не выглядит ни капли обеспокоенным, но это же Аид. Он всегда думает, что всё под контролем.

Только не в этот раз.

— Ястреб не мертв.

Я замираю, мое тело обмякает. Он играет со мной, но даже зная это, я так отчаянно хочу, чтобы это было правдой, что эта мысль жжет изнутри.

— Я тебе не верю.

Он вздыхает и достает телефон. Нажимает на несколько кнопок, прежде чем показать мне прямую трансляцию: Ястреб расхаживает по белой комнате, похожей на эту.

Мои губы дрожат, и я вырываю телефон из руки Аида. Я провожу кончиками пальцев по экрану. На Ястребе темные брюки и одна из тех мешковатых футболок, которые никогда не могли скрыть, насколько он подтянут и мускулист.

Его кулаки сжимаются и разжимаются по бокам, словно он с трудом сдерживается, чтобы не сорваться на ярость.

И он жив. Так… так по-настоящему жив.

Жизнь возвращается в мои конечности, и мир обретает краски. А потом я вспоминаю о дьяволе, нависшем надо мной.

Я сверлю Аида взглядом.

— Чего ты хочешь?

— Видишь ли… — Аид забирает телефон из моей руки, даже когда я пытаюсь удержать его, чтобы взглянуть на Ястреба еще хотя бы раз. — Ястреб, Инк, Скар, Тень и Пламя дали показания, что именно Молли убила Неро пятнадцать лет назад, и они решили ее наказать. Они сказали, что это ты первой узнала о ней правду.

Я не знаю, кто придумал эту историю, хотя готова поспорить, что это был либо Инк, либо Пламя, но это гениально.

— Да, это так, — говорю я, высоко подняв подбородок и скрестив руки на груди, чтобы казаться серьезной.

— Я могу закрыть глаза на нашу сделку о твоем возвращении в Яму, раз уж ты поймала убийцу Неро.

Я выпрямляюсь в кровати.

— Серьезно?

— Да. Но раз уж ты не выполнила свою часть сделки, я не отпущу Инка. — Он кладет руку в карман брюк. — Ему придется кое-что сделать для меня в обмен на временную свободу.

Я уверена, что Инк сам за себя постоит. Я поворачиваюсь к Аиду и задаю самый важный вопрос:

— А что насчет Ястреба?

Он делает недоуменное лицо.

— Он пристрелил Молли.

— И это проблема, потому что? Он избавил тебя от необходимости убивать ее.

Я бы сама пристрелила эту суку, если бы могла переиграть всё заново. Я бы вспорола ее, как она помогла им вырезать моего ребенка.