Он опускает меня на землю мягко, как будто я сделана из стекла. Его тело следует за мной, колени располагаются по обе стороны от моих бедер. Он снимает ботинки, но все еще полностью одет — джинсы и темные брюки хенли, — но его глаза горят, как будто он едва держит себя в руках.

Я протягиваю руку и запускаю пальцы в его волосы, нежно дергая. Он стонет и прижимается своим лбом к моему.

“ Ты нужна мне, Серафина. Прямо сейчас. Жаль, что я не могу подождать подольше.

Мои бедра инстинктивно раздвигаются, приглашая его войти, и его бедра опускаются в колыбель моих. Толстый бугорок его эрекции прижимается прямо ко мне через джинсы, и я ахаю, прижимаясь к нему.

“На тебе все еще слишком много одежды”. Мой протест искренен. Теперь, когда он был против меня, я хочу, чтобы он был во мне.

Он улыбается, но ухмылка получается резкой, неровной. Он снимает рубашку одним плавным движением — и мне приходится задержать дыхание, потому что, черт возьми, этот человек соткан из греха и камня. Широкая грудь. Рельефный пресс. Каждый дюйм его тела был напряжен и моим. Пока.

Он быстро расстегивает ремень, затем замирает.

-Подожди.

Я моргаю, ошеломленная и тяжело дышащая. - Что?

Он лезет в бумажник и достает маленький квадратик серебряной фольги.

- Я не возьму тебя без этого.

Снова бережет меня. Хорошо, что он подумал об этом, потому что я зашла слишком далеко.

Он разрывает упаковку и натягивает джинсы ровно настолько, чтобы хватило, затем натягивает презерватив умелыми, натренированными руками.

Я ожидаю, что он погрузится в меня, но он опускает руку к моей киске.

“Такой мокрый”.

Когда он скользит пальцами по моим складочкам, я выгибаюсь ему навстречу.

- Ты будешь готова принять меня.

- Да. Даже в отчаянии.

Он скользит одним толстым пальцем внутрь меня, медленно и глубоко, изгибаясь в самый раз.

-О! -воскликнул

Он добавляет еще, и растяжка обжигает так сильно, что я стону.

Он мягко качает, наблюдая за моим лицом с выражением, которое находится где-то между сосредоточенностью и одержимостью.

“ Ты такая чертовски тугая, Серафина. Идеально подходишь мне.

Мои бедра приподнимаются ему навстречу, и он рычит. “ Да. Теперь ты готова.

Он убирает пальцы, поглаживает свою длину один раз, располагаясь у моего входа.

“ Я больше не хочу медленного. Я хочу тебя.

Только тогда он не врежется в меня. Вместо этого он прижимается ко мне головкой члена. Я судорожно втягиваю воздух. Его пальцы - это одно, но его член массивный. Может быть, я был не так готов, как думал.

-Расслабься.

Это не так просто, как он говорит.

Отвлекая меня, он захватывает мои губы и языком трахает мой рот. Я теряюсь, растворяюсь в ощущениях, в нем.

Он поглощает каждую частичку меня.

С мучительным контролем, дюйм за дюймом, позволяя мне чувствовать каждое безжалостное растяжение, он начинает входить в меня. У меня перехватывает дыхание, и я хватаюсь за его плечи, чтобы удержаться на ногах.

Его стон вырывается из моего горла, когда он, наконец, полностью погружается в меня. Затем он прижимается своими бедрами к моим.

“Черт...” Его лицо - сплошная сосредоточенность и жесткие линии. “Ты чувствуешь себя как в раю”.

Он отстраняется и толкается снова, не сильно, но глубоко. Размеренно. Как будто он наслаждается этим, запечатлевая этот момент в своей душе.

Что касается меня, то уже назревает другая кульминация, требующая удовлетворения.

Его бедра прижимаются к моим, медленно и мощно. Речь не о том, чтобы взять — пока нет. Все дело в чувствах. Каждое движение его члена по моим стенкам заставляет мои пальцы на ногах поджиматься, а рот приоткрываться в безмолвном, безудержном удовольствии.

Он обхватывает одной рукой мою голову, другой скользит под мое бедро, поднимая мою ногу, чтобы обхватить его за талию. Изменение угла заставляет меня вскрикнуть. Он тихо ругается, его голос хриплый.

“Господи, Серафина"… То, как сжимает меня твоя киска.

Я едва могу говорить, едва могу дышать. Я просто держусь за него, мои ногти впиваются в изгиб его спины, когда он входит глубже.

Каждое движение рассчитано, как будто он запоминает меня изнутри. Никакой спешки. Просто медленные, разрушительные удары, которые заставляют мое тело сжиматься вокруг него с каждым движением.

- Посмотри на меня. Его голос чувственно мягок. “Я хочу видеть твои глаза, когда ты придешь за мной, как моя хорошая маленькая девочка”.

Я стараюсь. Боже, я стараюсь. Но удовольствие слишком велико. Он снова входит в меня, бедра сжимаются в конце, и моя спина выгибается над подушками.

Он наклоняется, касаясь губами моей челюсти, моей щеки, моих губ. Не поцелуи— просто прикосновения. Как будто хочет почувствовать дрожь в моем дыхании.

“Ты чувствуешь себя так чертовски хорошо. Он стонет. “ Ты была создана для этого. Для меня.