Я рассмеялся. Обожал ее огонь.

— Все в порядке, принцесса. Мы не были созданы друг для друга. И она была права. Я работал слишком много. Я не находил для нее времени, потому что, если честно, не хотел. Тогда я не позволял себе слишком глубоко об этом думать. Она все закончила четыре года назад, и с тех пор я один.

— Твоя мать явно не в восторге от твоего холостяцкого статуса. — Она хитро улыбнулась. — Она привела тебе на гала-вечер сразу три кандидатки.

Я громко рассмеялся и поцеловал ее в макушку.

— Вся моя семья одержима идеей меня женить. Но они меня не понимают. Мои родители — исключение. Те самые безумцы, которые вместе целую вечность и до сих пор как-то справляются. Они постоянно орут друг на друга. Почти каждый день я не понимаю, как, черт возьми, им может нравиться такая жизнь, но они правда любят друг друга.

— Это так мило. — Она снова откинулась затылком на мою руку. — Брак моих родителей был катастрофой из пренебрежения, жестокости и лжи.

Я крепко сжал ее в объятиях.

— Мне жаль.

— Все нормально. — Она шумно выдохнула. — Но я так рада, что у тебя перед глазами был пример получше.

— Мои родители любили растить нас, строить бизнес вместе. Их союз всегда был крепче некуда. Мне хочется думать, что они желают этого и мне — любви и партнерства. Но, скорее всего, они просто хотят, чтобы следующее поколение ДиЛука продолжило семейное дело.

— Но они не могут заставить тебя быть тем, кем ты не являешься. Если ты не создан для семейной жизни, это нормально. Ты сам выбираешь свой путь.

От этих слов у меня по спине пробежал холодок. Потому что я начинал подозревать: возможно, я как раз создан для семейной жизни. То, чего я никогда раньше не хотел, теперь казалось тем, без чего я не смогу жить.

— Верно. Но в последнее время все изменилось. Я уже не тот парень, каким был десять лет назад. Черт, даже пять лет назад. Я рад, что в молодости не позволил семье втолкнуть меня в жизнь, к которой я не был готов. Но теперь я хочу другого.

— Я горжусь тобой. — Она мягко улыбнулась. — Ты меняешься.

Я поднял бокал.

— За перемены. И пусть впереди у нас будет еще много нового, что стоит попробовать.

Она наклонилась и поцеловала меня. Неожиданно, но чертовски приятно.

— Прости. — Отстранившись, она пожала плечом. — Мне просто очень захотелось тебя поцеловать.

— Принцесса, никогда не извиняйся. Я хочу постоянно чувствовать твои губы на себе.

Тогда ее мягкая улыбка стала мечтательной. Боже, какая же она красивая. В такие мгновения было трудно не раствориться в ней, в нас, и не начать верить в «навсегда».

Она отправила в рот оливку и склонила голову набок.

— Как думаешь, что подтолкнуло тебя к этим переменам?

— Ты, — вырвалось у меня.

— Ой, да ладно. — Она рассмеялась и хлопнула меня по бедру. — Я, конечно, горячая штучка, но не настолько. К тому же у меня вагон проблем. Не говоря уже о моей блистательной личности.

— Принцесса. — Я взял ее за руку. — Ты себя недооцениваешь. Ты не горячая. Ты — термоядерная реакция.

Она нахмурилась и всмотрелась в мое лицо.

— Я не понимаю эту отсылку.

— Спроси близняшек. Это связано с частицами водорода, которые горят при ста пятидесяти миллионах градусов Цельсия.

Из нее вырвался легкий звонкий смешок.

— Ты такой зануда.

Я подмигнул ей.

— Я подтягиваю физику. Мне надо впечатлить двух маленьких гениев.

То, как она уткнулась носом мне в шею, разогрело кровь. Черт, ее нежность действовала как наркотик. Чертовски затягивала.

— Ты для них герой, знаешь? — сказала она. — После Boston Dynamics ты не можешь сделать ничего плохого.

— Они потрясающие. Эти девочки изменят мир. Я организую им экскурсии куда угодно, лишь бы это случилось.

— Ха. Удачи. На девятый день рождения они хотят только одного — попасть в Большой адронный коллайдер ЦЕРН в Швейцарии.

— Сделано. — Я усмехнулся. — Правда, сначала мне придется пройти пару онлайн-курсов по ускорению частиц, но к нужному моменту я буду готов.

— Ты серьезно, да? — Она широко распахнула глаза и изучала меня так, будто ее искренне удивляло, что я готов стараться ради счастья ее детей.

Этот взгляд ударил под дых. Пора было сделать шаг вперед и все ей прояснить. Если все, что я смогу получить от нее, — это флирт и секс на обеденных свиданиях до конца времен, я справлюсь. Но я хотел гораздо большего, если она позволит. Поэтому я глубоко вдохнул и мысленно взмолился, чтобы она не сбежала с криком, когда я скажу все прямо.

— Можно я буду с тобой честен?

Она сжала мою руку.

— Я всегда хочу полной честности.

Я кивнул. Ладно. Пан или пропал.

— Я всегда любил свою работу. Чаще всего я только о ней и думал. И долгое время был этим совершенно доволен.

Я вдохнул и собрал всю смелость, чтобы произнести следующие слова.