Дети сбежались со всех сторон и по одному резко остановились у дорожки, где стояла Дилан.

Она держала шар для боулинга обеими руками. На ее джинсах появилось мокрое пятно и медленно расползалось.

— У тебя воды отошли. Вот черт.

Дилан спокойно улыбнулась и погладила живот.

— Уиллоу, ну надо же, уже устраиваешь беспорядок.

Вокруг началась паника.

Беккет рванул вперед, пытаясь взять ситуацию под контроль.

— Итак, семья, — крикнул он. — Мы к этому готовились.

Кортни, обычно высокий и уверенный, запустил руки в волосы и зашагал перед своей невестой.

— Мне звонить в скорую? — спросил он у Дилан.

Она похлопала его по руке.

— Нет, глупый. Нам пока не нужна больница.

— Но я читал, что риск инфекции для матери и ребенка через двадцать четыре часа после разрыва оболочек утраивается.

— У меня воды отошли двадцать четыре секунды назад. — Она положила ладонь ему на щеку и приподняла подбородок. — С нами все хорошо. Поедем домой, я полежу в ванне, пока все не начнется по-настоящему.

— Чарли может отвезти тебя прямо сейчас, — сказал Беккет.

— Я тоже поеду. Соберу сумки, — добавил Лиам, когда Беккет похлопал его по спине.

— Собрать тебе перекус? А как насчет крема с эфирными маслами для промежности? — спросила Шейла.

Дилан только улыбнулась.

Как ей удавалось сохранять такое спокойствие, для меня оставалось загадкой.

В конце концов Кортни усадил Дилан и Лиама в лимузин Беккета. Взрослые решили закончить вечер пораньше, чтобы всем вернуться домой и лечь спать. Следующие пару дней обещали быть суматошными.

Дома дети, вместо того чтобы спать, носились как заведенные, взбудораженные новым пополнением в семье. В итоге они устроились на полу в гостиной, смотрели фильмы и ели попкорн.

После того как я помог Боссу привести гостиную в порядок, я нашел Делию на террасе на крыше. Она стояла, завернувшись в плед, и смотрела на город.

— Ты в порядке? — Я обнял ее за талию.

Она кивнула.

— Знаешь, — сказал я, притягивая ее еще ближе, — ты так и не договорила то, что начала раньше.

Она сделала вид, будто не понимает.

— Не припоминаю.

Я поцеловал линию ее челюсти, наслаждаясь тем, как она дрожит в моих руках.

— Не ври мне, принцесса. Можешь сказать, что любишь меня. Я не против.

— У тебя огромное самомнение.

— Насколько я помню, тебе нравятся все мои огромные части, — поддразнил я.

Она прикусила губу и покачала головой.

— Ты меня выводишь из себя. Но я тебя люблю. И сколько бы я ни думала, что никогда, ни за что не скажу эти слова, это правда.

— Хорошо. Потому что я чертовски сильно тебя люблю.

Она обвила меня руками и притянула к себе для потрясающего поцелуя. На улице было морозно, но от одной лишь близости к ней мне становилось тепло. Теперь эта женщина была моим миром, и ради нее я был готов на все.

— Я не изменюсь, — сказала она. — Я не превращусь вдруг в милую женщину без собственного мнения только потому, что влюбилась в тебя.

— Отлично. Ты нужна мне именно такой. Каждый день до конца моей жизни. Записывай меня на пожизненный срок с твоими колкостями, принцесса.

— Пожизненный?

— Ага. Потому что я тебя никуда не отпущу.

Эпилог серии

6 недель спустя…

Кортни

Наслаждаясь нежностью и теплом крошечного свертка у меня на груди, я гладил ее мягкие волосики. Моя ладонь все еще была почти вдвое больше головы Уиллоу. Ей было почти два месяца, но она по-прежнему казалась меньше моей старой ловушки кетчера. И при этом у нее не выпало ни волоска из тех рыжих кудряшек, с которыми она появилась на свет.

Роды у Дилан прошли точно так же, как и все у нее. Она была совершенно спокойна и уверена в себе от начала до конца. А я, наоборот, был на грани нервного срыва, пока первый пронзительный крик Уиллоу не разнесся по родильной палате. Хотя я испытал огромное облегчение уже оттого, что этот момент все-таки случился в больнице. Какое-то время Дилан была твердо настроена рожать дома. Но моя девочка понимала, как я переживаю, поэтому в итоге мы оказались в лучшей родильной палате, какую только можно было купить за деньги. И о матери с ребенком хорошо позаботились профессионалы. А наша весьма нетрадиционная семья ждала в приемной, вместо того чтобы помогать принимать плаценту, с чем, по мнению Дилан, Шей вполне справилась бы.

С того самого момента, как врач впервые положил мне на руки эту малышку, отпускать ее стало почти невозможно. Дилан, как всегда, была моим спокойствием среди хаоса. Она не тревожилась, когда Уиллоу капризничала, и лишь улыбнулась и кивнула, когда я вернулся домой с самым дорогим монитором дыхания, чтобы наконец спать по ночам.