И, пожалуй, только лишь после разгрома Наполеона Бонапарта и взятия Парижа русских начали принимать всерьёз. Ну а последние успехи в области строительства железных дорог и развития промышленности породили уже настоящую ревность. И сильные опасения. Именно этим в первую очередь и была вызвана неприязнь со стороны главных акторов европейской политики – Англии и Франции. Третий из основных игроков – Австрия… то есть ныне Австро-Полония, – который теоретически мог бы выступить на стороне России, поскольку вроде как имел с ней достаточно продолжительную историю союзничества против Османской империи, в настоящий момент сильно ослабел. Пока что не так, как ещё один из прошлых гегемонов – Испания, но по сравнению с теми временами, когда он выступал равным конкурентом той же Франции, весьма значительно… Впрочем, совершенно не факт, что, останься австрийцы в силе, они бы выступили на стороне России. Против этого было много факторов, главным из которых было то, что существенную часть населения Австро-Полонии составляли славяне. И если польские элиты явно были в основной своей массе настроены антироссийски, что, кстати, также не могло не оказывать влияния на отношение к России всего государства в целом, то вот про всех остальных этого сказать было нельзя. Идеи панславизма охватили огромное число славян, грозя «лоскутной империи» скорыми новыми потрясениями, и сильная Россия, совершенно точно, являлась мощным катализатором этих потрясений. Так что Австро-Полония просто из чувства самосохранения должна была проводить политику, направленную на ослабление Российской империи.

– Минутная готовность!

По брусчатке Дворцовой площади застучали каблучки. Из-под трибуны выбежали юные воспитанницы Смольного института в обтягивающих стройные фигурки «аврорианских» платьях, сшитых специально к этому дню, и замерли, встав у левого переднего колеса каждой «механической повозки».

– Десять… девять… восемь… семь… шесть… – громко начал отсчитывать последние секунды распорядитель. Стоящий на трибуне Николай приподнял большой «стартовый флаг» в крупную черно-белую клетку. И тут же его движение повторили девушки-смолянки, в руках которых также были чёрно-белые флажки, но гораздо меньших размеров, чем у государя. На площади заполыхали вспышки магния от многочисленных фотографических аппаратов, которые должны были сохранить этот момент для истории.

– У вас там тоже девушки на гонках старт дают? – наклонившись к уху Даниила, тихо поинтересовался Николай – обычно он был полностью в курсе всех затей своего друга, но подготовка этой выставки и начавшиеся с её стартом почти непрерывные переговоры со множеством прибывших и продолжающих прибывать делегаций на этот раз полностью заняли всё его время, до сегодняшнего дня не дав ему возможности вникнуть в подробности организации данного мероприятия. Нет, в общих чертах он про неё знал – программу выставки-то утверждали всем Госсоветом… но именно что только в общих. И сейчас вот решил походя немного наверстать упущенное. Ну-ну…

– Ну а откуда бы я эту идею взял? – усмехнулся Даниил, припомнив фотографии девушек «Формулы-1» или тех же «24 часа Ле Мана». – Только у нас они делают это в трусиках, из которых ягодицы наружу торчат, и лифчиках из двух маленьких треугольничков, даже не полностью закрывающих сиськи, и пары верёвочек.

– Кхм… – Император поперхнулся и обалдело уставился на своего друга. Так что едва не пропустил окончание отсчёта. Ну да – несмотря на многолетние многочисленные рассказы, у Даниила всё ещё оставалась информация, которая могла шокировать Николая. Ну или, вернее, она время от времени неожиданно всплывала в памяти. Ну как сейчас…

– Три… два… один… – Даниил чуть толкнул императора плечом, и Николай поспешно заорал:

– Старт! – после чего торопливо взмахнул флагом. Девушки продублировали своими флажками, отчего на площади вновь заполыхали магниевые вспышки фотографов и одиннадцать «механических повозок», составлявших пелотон этой первой в мире гонки, окутались клубами пара, медленно двинувшись вперёд…

М-дам… гонки будущего это действо напоминало весьма отдалённо. В первую очередь потому, что почти все вышедшие на старт «механические повозки» были паровыми. И трогались с места они весьма и весьма неторопливо. Так что девушки-смолянки с флажками успели пробежать между неспешно набирающими скорость паровиками и вернуться к трибуне, собравшись за углом которой они с нескрываемым любопытством уставились на разгоняющиеся механизмы.

Чуф-чуф-чуф-чуф. Первые из них уже успели набрать скорость бегущего лёгкой трусцой человека и, обогнув Александровский столп, устремились к арке Главного штаба… Вернее, теперь уже Генерального. Преобразование бывшего рядового управления Военного министерства, носящего название «Главный штаб» и вполне соразмерного остальным управлениям – тому же Главному военному суду, Главному интендантскому управлению или Главному военно-медицинскому управлению с ветеринарным отделом, в полноценный Генеральный штаб началось год назад – весной одна тысяча восемьсот сорок девятого. И этот процесс пока ещё не закончился…