Петер сосредоточенно разглядывал бумаги, которые разложила перед ним Магда Баккер. Он уже видел нечто подобное раньше.

— У кого мы украли эту идею? — спросил он.

— Прошу прощения? — Ей потребовалось секунда, чтобы переварить этот выпад.

— «Мультикабель»! Кабель, в котором есть всё. Пять жил для силового тока, двенадцать слаботочных проводов для телефонии, сети и внутренней связи, экранированный провод для ТВ-кабелей и видеосвязи. Я уже видел это. Как и идею с модулями в плинтусе.

— Черт побери! — Магда Баккер проворчала пару ругательств и тут же решительно прикусила язык.

— Что-то еще, Магда?

На долю секунды в уголках ее рта промелькнуло какое-то выражение. Это могли быть гнев, разочарование или раздражение — он видел это уже столько раз в глазах ее и других сотрудников. Он приготовился услышать новые проклятия, но вместо этого морщинки вокруг ее глаз собрались гармошкой, а сдавленный смех заставил задрожать ее двойные подбородки.

Разочарование быстро улетучилось, а значит, идея изначально была не ее. — У меня есть еще одна отличная идея, Петер, — сказала она. — Конкретного клиента под нее нет, но желающих найдется предостаточно. В конце концов, нам не привыкать к такому. — Она достала из стопки одну из старых папок с делами «Кристи» и помятый листок бумаги и швырнула их перед ним.

— Вот как.

— Это один из новых стажеров предложил.

— Понятно.

— Мы как раз перешли ко второй части курса, «ведению проектов», и взяли старое дело для разбора в группе. — Она хлопнула папкой перед ним. — Ты наверняка помнишь это дело.

Да, Петер узнал буклет.

— Мы так и не довели его до конца. Ты не захотел пускать японцев на растерзание концерну «Браун», помнишь, Петер? Насколько я помню, у тебя самого были акции этого предприятия.

Петер кивнул.

— Но теперь-то их у тебя нет, верно? — Она улыбнулась. — Что ж, тогда прощай, «Браун». — Она кокетливо взмахнула рукой в сторону двери, иллюстрируя свое решение. — И прощайте «Кенвуд», «Филипс» и все прочие динозавры. Потому что к нам пришел молодой Ринус ван Лон с гениальной идеей. Он хочет привлечь кого-то из японцев, корейцев или китайцев, черт их разберет, каких-нибудь «Мицубиси» или им подобных, чтобы запустить кухонную технику в Европу совершенно по-новому. — Она наклонилась над письменным столом так сильно, что канцелярские принадлежности задрожали, словно предвещая тектонический сдвиг. — Небось в твоем шикарном, классическом городском доме за пять миллионов гульденов в самом центре Харлема на кухне ведь установлены модульные шкафы, а? — Петер подтвердил это, что вызвало непредсказуемый парад мимических трюков на дряблом лице Магды. — Ну конечно! Наверное, не такие модули, как в моем таунхаусе, граничащем с убожеством, но все же. И раз уж сегодня все кухни собираются из модулей, почему бы не выделить один-единственный модуль под весь арсенал кухонной техники в доме? Ты можешь себе это представить, Петер? Одна вилка и один сетевой шнур! Представляешь?

Она провела пару линий и расплылась в широкой ярко-красной улыбке. — Миксер, тостер, блендер, венчик, сэндвичница. — Она ткнула пальцем в примитивный набросок. — Смотри сюда, наверх! Видишь? Фритюрница, яйцеварка, плитка, вафельница, сковорода для пончиков. Смотри, ты можешь заменять их элемент за элементом. А вот здесь внизу — микроволновка! И все в одном модуле. Что скажешь?

Петер взял грубый набросок. На первый взгляд было трудно понять, где тут верх, а где низ, но при более внимательном рассмотрении вырисовалась картина настоящего новшества. Каждый уровень большого модуля открывал свои возможности. Это выглядело весьма многообещающе.

— И знаешь, как мы это назовем? — Ее лицо так и светилось от восторга. — «КитченРэк»! Гениально, правда? «КитченРэк»! Все же знают, что такое рэк в аудио- и видеосистемах. Видеомагнитофон, телевизор, проигрыватель компакт-дисков, кассетная дека и тюнер в одной стойке. Но «кухонная стойка» — кому вообще такое раньше приходило в голову? Мне уж точно нет. — Она проорала это название так, что оно, казалось, эхом повисло среди книжных полок. — «КитченРэк». Это будет самый простой маркетинг в мире. Люди с ходу поймут эту концепцию.

— Да, — только и сказал Петер.

— Да! Ты говоришь «да»? — Она так и просияла. Он знал: еще до окончания рабочего дня она заставит молодого Ринуса ван Лона подписать бумагу о том, что идея является собственностью «Кристи Н.В.». Она стоила своего огромного веса в золоте.

— Как там, кстати, группа стажеров? — спросил он, припоминая голос Никки Ландсаат. — У нас есть подходящий кандидат?

Перемена в настроении Магды Баккер была великолепной. Она развела руками: — Петер! — Тон был снисходительным. — Парень выдал такую идею! Зачем ты вообще спрашиваешь?

— Я заметил, что Ринус ван Лон смышленый, да. Но должен ли это быть именно он?