Этот маленький засранец! «Ты, придурок! Нокс, ты всегда знаешь, как всё испортить! Можешь засунуть свои билеты себе в растянутый анус, потому что мы все знаем, что тебя там трахают твои товарищи по команде и все остальные, кто смотрит футбол! Так что скажи мне, Нокс, они используют смазку или вазелин тоже подойдёт? На случай, если мне позвонят из журналов и спросят, что тебя возбуждает, чтобы они знали, что принести для участия в твоей групповой оргии на следующей фотосессии!»

С этими словами я повесил трубку, и Уэс разразился хохотом. Я бросил телефон на колени, и он тут же снова завибрировал, на экране высветилось имя Нокса.

— Алекс! Это было эпично! — Уэс сумел выдавить из себя между приступами смеха. Вытерев слезы с глаз, он наклонился и поцеловал меня в макушку. — Я не буду спрашивать, что он тебе сказал, но ты нечто особенное, Алекс. Он покачал головой, посмеиваясь, и откинулся на кровать.

— Напомни мне, чтобы я никогда тебя не злил, милая. Хотя ты сексуальна, когда злишься, твои слова меня немного пугают.

Мой телефон продолжал вибрировать от попыток Нокса дозвониться до меня. Скоро он начнёт присылать сообщения, но я могу дать ему отпор. Не забывай об этом!

Я снова легла, уставившись в потолок, а мой телефон продолжал вибрировать на ноге. Он всегда был настойчив, этот глупый Нокс. Мы оба снова закрыли глаза, прижавшись друг к другу.

Уэс положил подбородок мне на макушку, и я уткнулась лицом ему в грудь. Боже, как же от него приятно пахло! Слабый аромат его одеколона, оставшийся с прошлой ночи, окутал меня, когда он обнял меня и притянул к себе. Прижал к себе.

Так мы и заснули и не просыпались до полудня.

Глава 8

Внезапный грохот эхом разнёсся по квартире. — Ш-ш-ш! Чёрт возьми, Энди! Ты не мог бы говорить потише? — я услышал приглушённый голос сквозь стены своей комнаты.

Звук опрокинувшегося стула и его падение на кафельный пол кухни заставили меня проснуться. Звон столовых приборов, которые вынимали из ящика, и шарящая по кастрюлям и сковородкам рука мешали мне снова заснуть, несмотря на ритмичное дыхание мужчины рядом со мной.

По квартире разнёсся громкий стон, за которым последовали тяжёлые шаги, приближающиеся к моей двери. Даже не пытаясь открыть глаза, я прижалась к Уэсу.

Шаги остановились прямо за моей дверью, послышался звонок телефона и хихиканье. Я знала, что это Энди.

Она ворвалась в мою дверь: «Эл, ты не мог бы сделать мне… О, привет».

Я заставила себя открыть глаза, борясь с ощущением, что они склеились. Я попыталась сосредоточиться на явно похмельной и уставшей девушке, стоявшей у входа в мою спальню.

Многозначительно поведя бровями, она поздоровалась: «Привет». Я смущённо ответил: «Привет».

Уэс зашевелился рядом со мной, а я продолжала смотреть на Энди. Она стояла, скрестив руки на груди, в розовых пижамных шортах и свободной тёмно-синей футболке с выцветшими словами «Я иду в клуб, где есть диджейская подушка и одеяло для ведущего».

Она перенесла вес на левую ногу, выставив бедро вперёд, с самодовольным выражением на лице. Я чувствовала, что Уэс просыпается. Когда он открыл глаза, я посмотрела на него.

Он поймал мой взгляд и улыбнулся, поцеловав меня в лоб. — Привет, милая, — пробормотал он. Энди откашлялась.

— Ни за что, Уэс! Ты не украдёшь мою женщину, — заявила она, ухмыляясь нам. Уэс ответил ей широкой улыбкой.

— Конечно, заходи и присоединяйся к нам, Энди, — поддразнил он её, подмигнув, и мы оба рассмеялись.

— Ты бы хотел, приятель, — парировала она, качая головой. — Но не буду врать, сейчас вы оба выглядите очень довольными... Так соблазнительно. Она подмигнула нам и вышла за дверь.

Оставив дверь широко распахнутой, она вернулась на кухню и крикнула: «Эл, не мог бы ты приготовить мне твою фирменную яичницу с беконом? Пожалуйста? Я умираю с голоду!»

С моих губ сорвался тихий смешок. — Да, конечно. Просто дай мне несколько минут, — ответила я, закатывая глаза. Я отвела взгляд от двери и повернулась к Уэсу, который смотрел на меня, встретившись со мной взглядом.

Мы вели себя как настоящая пара. Я не был к этому готов. Я не хотел возвращаться в отношения.

Расслабься, девочка! Он просто остался на ночь, чтобы утешить тебя. Успокойся! — ругала я себя, пытаясь остановить внутренний диалог.

Боже, он такой сексуальный по утрам. Небритость ему очень идёт. Ладно, Эл, перестань на него пялиться. Сейчас же!

— Хм, не хотите ли остаться на завтрак? Я готовлю очень вкусную яичницу с беконом, которая идеально подходит для похмелья, — предложила я.

Он улыбнулся мне и усмехнулся, и его низкий голос эхом отозвался в моей груди.

— Конечно, Алекс. У меня нет похмелья, но я бы не отказался от еды. Но не окажешь ли ты мне услугу?

“Да, конечно. В чем дело?”

— Когда я в следующий раз буду умирать от похмелья, ты придёшь и вернёшь меня к жизни? — спросил он, ухмыляясь.