Эх, слышал бы его сейчас Дзюбей. Одноглазый самурай наверняка поднял бы на смех этого горе-ученого.

А с другой стороны, я ведь и сам до недавнего времени пребывал в неведении, относительно такой возможности. Так что не мне его судить.

— Позвольте вам немного помочь, — сердобольный японец потянулся к моему левому рукаву, одним ловким движением отстегнул пуговицу от манжета рубашки и столь же сноровисто закатал ткань до самого локтя.

— Благодарю, — кивнул я в знак признательности, одномерно с этим укладывая руку на ложемент.

Танака между тем тоже не стоял без дела: он уже вовсю барабанил пальцами по сенсорным дисплеям.

— Все готово, можем начинать, — оповестил меня ученый за секунду до того, как игла стремительно поползла вниз.

Вскоре холодный металл коснулся кожи.

В первое мгновение я не почувствовал ни боли, ни дискомфорта, только легкое давление. Однако чем дольше длилась данная процедура, тем сильнее становилось натяжение кожи и тем явственнее ощущалось наступление неизбежного…

— Есть прокол! — возглас японца идеально совпал с легким, едва заметным покалыванием.

И почти сразу после этого игла поползла вверх.

— Данные полностью совпадают, — улыбнулся мне Танака. — Можете убрать руку.

О том, что эти данные соответствуют Исполину-однерки, тактичный японец, конечно же, упоминать не стал.

— Теперь осталось только проверить вашу способность Чудотворца, — потер руки японец. Похоже, ему чертовски нравилось то, чем он занимается.

После этой не особо радостной для меня новости, Танака помог мне снова застегнуть рукав рубашки. А после он же проводил меня к следующему тестовому устройству — и на этот раз я к своему немалому облегчению его узнал.

— С этим анализатором волн Флейшмана вы наверняка уже знакомы, — подвел меня Танака к невысокой круглой платформе. — Скажите, как будете готовы, и я запущу прибор.

На последних словах японец выудил из внутреннего кармана халата небольших размеров планшет.

— Могу начать в любой момент, — заверил его я и одним волевым усилием призвал прямо на поверхность платформы призрак Абди Дакая.

— Отлично! — воскликнул в ответ японец, пробегаясь пальцами по небольшому дисплею.

Сразу после этой нехитрой манипуляции, платформа, на которой находился охотник саван, принялась слегка вибрировать и издавать едва заметный гул.

— Ноль целых три десятых балла по шкале Флейшмана, все результаты в пределах нормы, — сверился с планшетом Танака.

А вот интересно, что показал бы прибор, призови я вместо Дакая Дзюбея или того дикаря с гигантским луком? Как бы тогда выглядел конечный результат?

Но делать этого я, конечно же, не стал бы. Пусть все окружающие и дальше думают, будто мой потолок где-то на уровне Чудотворца-однерки.

— Благодарю вас за содействие, господин Моров, — поблагодарил меня Танака. — Позвольте, я провожу вас обратно.

— Не стоит, — отмахнулся я этого предложения и сам направился к выходу из лаборатории.

Полдела сделано. Теперь меня точно никто ни в чем не заподозрит, а значит, можно со спокойной душой отправляться дальше.

— Что у нас дальше? — первым делом спросил я, как только покинул пределы лаборатории.

— Основной брифинг, — коротко отрапортовал сопровождающий, увлекая нас с Владом за собой. — Остальные участники программы по обмену наверняка уже собрались.

Так вот как они это называют — программой по обмену. А как по мне, так это больше походит на какую-то средневековую традицию, когда детей власть имущих использовали в качестве политических заложников.

Знать бы еще, зачем мы им понадобились — а то в своем письме отец лишь вскользь упомянул этот момент, сославшись на некое обучение. Так что если эта мифическая академия, о которой я краем уха слышал и впрямь существует, то создавалась она в режиме строжайшей секретности от всего остального мира.

Даже интересно, что же там такого придумал император Хирохито, раз для реализации его планов потребовалась горстка отбросов из числа привилегированных семей и кланов.

Ну а в том, что сюда отправили именно такой «уникальный» контингент, сомневаться не приходилось. Ведь будь иначе, все выглядело бы совершенно по-иному — и сейчас по этому длинному коридору шагал не я — разочарование рода, а мой старший брат — краса и гордость семьи Моров…

— Вот мы и на месте, — внезапно остановился их сопровождающий.

Проследив за его взглядом, заметил чуть впереди двустворчатые двери.

— Дальше вы сами, — напутствовал меня японец, после чего перевел взгляд на Влада. — А вы следуйте за мной. Здесь неподалеку находится комната ожидания.

Перед тем как прислушаться к сопровождающему, Влад снова, как и несколькими минутами ранее, посмотрел на меня. Похоже, он сильно опасался оставлять своего нового «господина» одного. Впрочем, его тоже можно понять: один в чужой стране, да еще и в окружении странных, совсем не похожих на него людей. От такого волей-неволей насторожишься.