Больше говорить смысла не было, потому что телефон издал судорожный писк и отрубился.

— Бестолковый кусок пластмассы! — я взвыла и отшвырнула его.

Нужно что-то делать! Нельзя просто ждать спасения, ведь на это уйдут часы. Вода явно прибывает, пусть и медленно, но тянуть все равно опасно. До окна мне не допрыгнуть, значит, нужно двигаться в другом направлении.

Я все же замотала ноги и, наметив примерный маршрут, перескочила на кресло. Дальше вскарабкалась на комод, следом по маршруту была узкая тумба с хрустальными подсвечниками и фотографиями в зеркальных рамках.

Пришлось стянуть одеяла и простыни, потому что следующим островком безопасности была стеклянная консоль в прихожей. И проблема в том, что она была узкой… Я со своим средством защиты там точно не помещусь.

Встала на самый край, а после прыгнула, но неудачно…

Грудью шлёпнулась на консоль, отчаянно мотыляя ногами в воздухе. Пальцы едва касались воды, но и того оказалось достаточно, чтобы взвыть от боли. Это настоящий кипяток! Чёрт! А в следующий момент послышался грохот. Комод, на который я могла вернуться, не выдержал прыжка и рухнул.

Вот теперь это точно конец!

Собрала остатки сил и взобралась на консоль, села, поджав ноги. Обернувшись, поняла, что вода и правда прибывает, но хлещет она из-под входной двери, а не из ванной.

— Помогите!!!! Помогите! — я схватила деревянную вешалку и стала лупить по стене, за которой была соседская квартира.

Но тут же бросила это гиблое дело, ведь там уже пару лет никто не жил.

— Помогите!!!

И вдруг на мои мольбы откликнулись… Золотистая дверная ручка дернулась, сначала слабо, неуверенно, а после все быстрее, настойчивее.

— Помогите! Помогите, я тут скоро сварюсь! А ещё сижу на стеклянной консоли, и она трещит! — я была в шаге от истерики, кричала так истошно, что в горле запершило.

— Так! Вы можете открыть дверь? — раздалось за дверью. Голос незнакомый, мужской, громкий, такой уверенный, что стало даже легче.

— Я попробую! Только никуда не уходите! Не бросайте меня, пожалуйста.

Поднялась, чувствуя, как стекло нещадно трещит под ногами, прижалась, глубоко вдохнула и потянулась той самой вешалкой, пытаясь дотянуться до ночного запора. Ситуацию осложняла полная темнота, полукруглая щеколда едва поблескивала, очевидно, в замочную скважину светили фонариком.

— Не получается!

— Успокойся, выдохни и сделай это, если не хочешь умереть вареной креветкой! — рявкнул незнакомец, и я собралась по команде, чуть больше выгнулась, и послышался щелчок.

Дверь с грохотом распахнулась, и в густом мраке вдруг появилась огромная мужская фигура. Она пронзила облако пара, заполняя тишину каким-то странным цокотом и отборным матом. Звук был такой, будто по камню ударяли чем-то металлическим.

— Так, давай, быстро! — снова скомандовал он и потянул ко мне руки. Огромные ладони легли на мою талию, сжали и рывком стянули с консоли за мгновение до того, как она окончательно рассыпалась. Осколки рухнули в воду и брызги кипятка хлынули на нас. Большинство забрал на себя незнакомец, а вторая часть попала на мою практически обнаженную задницу.

— Чёрт!!! — зашипела я, вонзаясь зубами в плечо парня.

Боже, как больно!

— Так, надо убираться отсюда, — он снова двинулся к двери, продолжая содрогать воздух странным звуком, от которого хотелось заткнуть уши. Это как вилкой по стеклу! — Подъем!!! Встаём все! Товарищи соседи, если не хотите свариться, поднимаемся и начинаем обрывать телефоны!

Бугай орал, попутно лупя в двери, пока поднимал меня на этаж выше. Там было сухо, а вскоре стали открываться двери, являя сонных жильцов, и вот тут закрутилось…

Незнакомец усадил меня на верхнюю ступень лестницы, а после скинул… коньки. Коньки???

В тусклом свете фонаря, пробивающегося через небольшое окно между лестничными пролетами, сверкнули лезвия коньков. Точно… Мне не снится.

— Ты как? — по ногам заскользили горячие мужские ладони. Пальцы впивались в кожу, обходя красные отметины ожогов, он выдыхал, обдавая потоком холодного воздуха.

Я понимала, что это была не ласка, а попытка нащупать волдыри, он даже взял телефон, включил фонарик!

И внезапно незнакомец присвистнул, а я позорно осознала, что сижу в пижаме, состоящей из кружевного топа и трусиков с игривыми воланами.

— Недурно, — он откашлялся… И если бы его голову не покрывал капюшон, я бы со стыда сгорела!

— Вы что, пялитесь и щупаете меня?

— Больно надо… Тощая вобла в волдырях. Какого черта ты на стеклянную тумбу взлезла?

— Я пыталась спастись! — обиженно отвернулась, но вокруг была темнота. Мне было даже не на чем сконцентрироваться.

— Если ты была на кровати, то безопаснее было там и остаться, а не сидеть на жердочке, ожидая такого же чокнутого, как я, — мужчина вдруг приподнял меня, развернул и снова включил фонарик.

Он что… Он что, рассматривает мою задницу, подсвечивая телефоном?