— Кто здесь?! – прозвучало из полутьмы. Я тут же расслабилась. Несмотря на то, что голос звучал без испуга: уверенно и даже нагло, словно некто бросал вызов, однако это был ребенок.

Я перестала красться, выпрямила спину, прошла вперед и вскоре столкнулась лицом к лицу с незваным гостем. Встреча была неожиданной. Передо мной стоял мальчишка лет пяти-шести. Едва я вышла из-за стола, как он замер и устремил в мою сторону любопытный взгляд. Словно это я пришла в дом без разрешения, а не наоборот.

— Я хотела задать тот же вопрос, – с легкой улыбкой произнесла, скрестив руки на груди. Я прищурилась, моё лицо и тон выдавали, что бояться нечего.

Мальчишка хмыкнул, поднял ладонь, и в той вдруг загорелся огонь. Я даже вздрогнула. Больше от удивления, ведь не привыкла, что у маленьких детей может быть магия.

Стало куда светлее, и мы с моим неожиданным визави начали разглядывать друг друга более пристально. Тёмные волосы цвета древесной коры, небесно-голубые глаза, магия драконов. Этот мальчик определенно напоминал хозяина дома, причем столь сильно, что у меня сжалось сердце от жуткой мысли: а вдруг у Ласориана есть сын, о котором он ничего не говорил?

Мальчик шагнул вперед и наступил на один из множества фантиков, тот зашуршал под ногой, отвлекая меня. Стало ясно: это не уборщики проглядели мою недавнюю находку, а кое-кто стабильно приходит в пустующий дом и просит у магического шкафа порцию вкусных конфет. Ещё одно доказательство – перемазанная в шоколаде щека.

— Что ты здесь делаешь? – спросила я всё тем же приветливым тоном, нагнувшись чуть вперед.

— Это мой вопрос! И он к вам… ж-женщина! – с запинкой, но карикатурной официальностью проговорил мальчишка в ответ и сжал кулак, в котором горел огонь. Тот моментально охватил всю его кисть, делая пламя больше. – Ты думаешь, если дяди Ласа нет дома, можно забираться сюда без спроса?!

— А, так Лас твой дядя?

— Вы его знаете? – ребенок нахмурился. Казалось, такое положение дел не нравилось ему ещё больше. Одна из пяточек поспешила незаметно откинуть подальше назад приставший фантик.

— Да, я его гостья. Меня зовут Дакота. А тебя?

Слыша всё это, мальчик заметно растерялся. Он потупил взгляд и с хмурым лицом задумался. Казалось, он обдумывает целый план военного наступления, а не подбирает слова, чтобы представится.

Вдруг под волной своей задумчивости он поднял горящую руку и потянулся к щеке.

— Осторожно! – я вскрикнула и дернулась вперед, но мальчишка спокойно вытер лицо от шоколада, будто никакого пламени и не было. Видя мою растерянность и мимолетный испуг, он вдруг растянулся в улыбке, хохотнул и перекатился с носка на пятку.

— Тёть, я дракон, – впервые улавливала столько гордости в детском голоске. – Я не горю, хоть в печь засовывай!

Ох, ну да. Я выдохнула, в очередной раз удивляясь реалиям Первого мира. Мои переживания заметно повеселили сорванца, и он уже бодрее представился:

— Я Агнар, можно просто Агги.

С этими словами юный дракон протянул мне ладонь. Ту самую. Горящую. Ещё и усмехнулся так не по-детски и начал выжидающе на меня глядеть. Экий… демоненок!

Я хмыкнула и с улыбкой протянула руку. Уже без слов одними лишь мыслями пожелала, чтобы магический огонь потух и впитался в мою кожу. На ком ещё практиковать свою новую силу, если не на ребенке?

Наши ладони соприкоснулись, и пламя тут же погасло, как если бы на воришку вылили ведро воды. Его глаза расширились от удивления. Он быстро шагнул назад, подальше от меня, и начал осматривать свои руки.

— Как ты…

— А вот так, – я игриво подмигнула, подняла ладонь и теперь уже на ней загорелся украденный огонёк.

— Ого-о-о! – Агги застыл в изумление, кажется, подобная магия может удивить даже драконье дитя Первого мира. – Да ты крутая! Как там? Панакота?

— Дакота…

— Точно! Тёть Дакота, ты не рассказывай, пожалуйста, что я тут был, – он, наконец, заговорил куда более ласково. – Мама не разрешает нам много сладкого. Мой старший брат от него чешется. И потому наш шкафчик выдает только две конфеты в день. И те гадкие…

— Тебе не кажется, что взрослые запрещают что-либо не просто так? Они ведь лучше знают.

— Это моему брату нельзя! А я страдаю как эта… жертва!

— Ох, ну ладно, если я пообещаю не говорить, расскажешь, как ты вообще тут оказался?

— А, запросто! – он с большим энтузиазмом усмехнулся и вновь загордился. – Я оставил картинку, когда мы были в гостях у дяди…

— Картинку?

— Да. Такую каракулю, которая умеет телепортировать. У мамы есть артефакт, который её доставляет на работу всегда. Вот я тогда его ненадолго взял и… – Агги ткнул пальцем в стену, и там тут же загорелась голубоватая руна, – одну каракулю нарисовал здесь, а вторую – у себя!

Маленький дракон поднял всё ту же ладонь, но теперь собирался продемонстрировать не огонь, а то что на ней изображено, вот только…

— Но у тебя здесь ничего нет.

— Сейчас-сейчас. Её не сразу видно. А то бы у меня её тут же нашли.