Коса и Лайл быстро все понимают, а Минни помогает спрятать Аурелию за спинами своей стаи. Глаза Коллекционерши загораются при виде трех растерзанных драконьих туш на траве. Она с визгом тормозит, выходит из джипа в черных сапогах из телячьей кожи и грозит мне пальцем:

— Непослушный маленький дракончик, — цедит она, оглядывая мое обнаженное тело с ног до головы. — Вы что, только что убили троих самых могущественных драконов в штате?

У меня сломаны ребра, а слева начинается пневмоторакс, но я вяло обвожу глазами конвой и осознаю правду слишком поздно…

В последнем джипе сидит банда гиен и сама Леди Гиена. Держа в руке крошечный черный котелок, она швыряет в меня белым порошком.

Я шарахаюсь назад, но спиной натыкаюсь на невидимую стену. Ее черные глазки-бусинки торжествующе поблескивают, и она каркает:

— Не твоя ночь, Ксандер Дракос. Совсем не твоя ночь.

До меня доносится запах этого порошка. Белый порошок. Белый как кость.

Пока Дикарь, Коса и Лайл мчатся ко мне, я пытаюсь выдавить из себя голос, чтобы предупредить их о том, что я почуял: они собираются использовать силу нашей Регины, чтобы подчинить нас, — порошок добыт прямо из ее костей.

Бегите! — кричу я братьям.

Но Леди Гиена швыряет пригоршню порошка в Дикаря, который успел добежать до нас быстрее всех. Он застывает на месте, запертый внутри энергетического кокона. Следом останавливаются Лайл и Коса, с размаху врезаясь в свою невидимую клетку.

Коллекционерша недовольно цыкает, обходя нас по кругу с дымящейся сигаретой в руке. Леди Гиена обходит нас в противоположном направлении, рассыпая на ходу костяной порошок и взывая к луне и звездам своей гнусной магией.

— Черная луна, красная луна, — нараспев произносит Леди Гиена. — Черное море, Красное море.

— Привяжи этих тварей ко мне, — шипит Коллекционерша. — Новая Регина приходит, старая Регина уходит.

— Свяжи их ветром, что сеет и пожинает.

Едва Леди Гиена завершает заклинание, как налетает яростный вихрь, трепля мои волосы, а уши наполняются зловещим шепотом. Мерзкий толчок влечет меня к Коллекционерше. Я хмурюсь, сопротивляясь этому новому, чужеродному порыву. Однако совершенно против своей воли Дикарь, Лайл и Коса поворачиваются к Коллекционерше.

Я следую их примеру, повторяя их движения, поскольку понимаю, что это значит. Я стискиваю зубы, сдерживая тошноту от того, как магия перестраивается в воздухе.

— А я думала, на Ксандера не подействует, — Коллекционерша недовольно хмурится, глядя на меня. — Коса, расскажи мне, что здесь произошло сегодня ночью, и не упускай ни единой детали.

Голос Косы звучит непривычно монотонно, когда он тут же выдает ей краткую сводку событий, упоминая и обращение Аурелии в дракона, и, наконец, смерть моего отца.

Потрясенный беспрекословным повиновением большой белой, я храню молчание. Лайл и Дикарь тоже замерли, не проронив ни звука.

— Неужели? — выдыхает Коллекционерша, вальяжно подходя к Косе и целуя его в щеку.

Он никак не реагирует.

— Магия связывает дракона, — размышляет Леди Гиена, указывая на мою поверженную фигуру. — Вот только я не понимаю, почему.

— Как чудесно! Дракон достается мне совершенно бесплатно! — радуется Коллекционерша. Она запускает руку в волосы Дикаря, затем переходит к Лайлу, поглаживая воротник его рубашки.

Сила Аурелии врезается в меня. Она протестует, требуя моего внимания. Я дышу с трудом, борясь с желанием повернуться к ней. Что-то закручивается вокруг меня неистовым вихрем. Дикая магия, которая кажется тяжелой и золотой. Меня начинает трясти, мышцы подрагивают, а тело горит огнем. Я кошусь на братьев. Затем перевожу взгляд снова.

— Батюшки, — Леди Гиена буравит меня своими угольно-черными глазами. — Как же милосердна Дикая Мать.

Глава 102

Аурелия

— Это черная магия, Аурелия, тебе нельзя туда соваться! — убеждает меня Мардук. Мы наблюдаем, как они ткут гнусное заклинание, оскверняющее сам воздух, а объединенные силы его и стаи Деви удерживают меня от того, чтобы броситься к Коллекционерше и моим парам. — Их слишком много, даже для Костеплета.

— Даже для дракона? — шиплю я.

— Ты не хуже меня знаешь, как работают заклятия гиен! — яростно шепчет мне снизу Минни.

— Я все еще могу ее убить! — сквозь зубы цежу я.

Коллекционерша поворачивается в мою сторону, и даже несмотря на расстояние, я отчетливо слышу ее злорадный голос.

— Похоже, у меня появилась новая стая, Аурелия, — кричит она, и ее глаза так и блещут триумфом. — И я могу отдавать им любые приказы по праву Регины.

Когда я смотрю на моих замерших, окоченевших истинных, у меня все внутри леденеет.

— Давайте-ка проверим, а?

Дикарь! — кричу я в его мысли. — Коса! Лайл!

Но я натыкаюсь на глухую стену. Словно между нами больше вообще нет никакой связи. Я кричу, пытаясь пробиться сквозь невидимые оковы Минни.

— Дикарь, Коса, Лайл и Ксандер, — мурлычет Коллекционерша. — Склонитесь передо мной, если признаете меня своей Региной.