– Дело в том, что я для себя все решил. Я решил, что мне нужна ты. Если бы я встретил тебя лишь сегодня, то все равно хотел бы, чтобы ты была со мной, и сегодня, и завтра, и через пять дней… – Его голос оборвался, как будто боясь сказать «всегда» или что-нибудь дурацкое в том же духе.

Я не верила ни в какие «всегда». Оно хорошо для тех, кто верит в сказки. А я в них не верила.

– Ты меня пугаешь.

Он тихо усмехнулся.

– Знаю. Просто перетерпи. – Он примолк ненадолго. – В конце концов, как можно отказать такому красавчику, как я?

Привычный Калеб вновь вернулся в строй.

– Только пообещай, – сказала я.

– Что?

– Что не будешь меня целовать.

Он в своей обычной манере наклонил голову и снова меня рассматривал. Я поежилась.

– Ты боишься моих поцелуев, – произнес он, и это был вовсе не вопрос. – Ты боишься своих чувств.

Я проглотила трусость, вставшую как кость поперек горла. Конечно, он прав. Почему он понял это еще до того, как я сама это осознала?

– Зачем давать обещание, которое я точно нарушу?

– Ну, может, хотя бы постараешься? – настаивала я.

– Нет, Алая.

Он поглядел на воду, вздохнул и повернулся ко мне.

– Вряд ли я удержусь от поцелуя, даже если захочу. Я ничего не смогу с собой поделать. Мне нужно к тебе прикасаться, вдыхать твой запах. Я хочу видеть, как ты смотришь на меня и улыбаешься. Я хочу видеть тебя счастливой… даже сердитой или злой, главное – просто тебя видеть. Я жажду всего, что связано с тобой. И жажду слишком сильно.

Я задержала дыхание, сердце бешено колотилось в груди.

Неожиданно он сел на песок, прислонившись спиной к пню, и потянул меня за собой.

– Ложись на меня.

Я простояла пару секунд, прежде чем он потянул меня к себе, моя спина уперлась ему в грудь, а ноги оказались между его. Я утонула в Калебе.

– Просто расслабься. Я не буду тебя сегодня целовать, если ты и правда не хочешь. – Мне вдруг захотелось, чтобы он поцеловал меня снова.

Что со мной такое? Когда он сам предлагал, я не хотела, но теперь, когда он меня поставил перед фактом, что целовать меня не будет, мне вдруг самой этого захотелось.

Я положила щеку ему на плечо, вдыхая его запах. Он застыл.

– Не делай так, если не хочешь, чтобы я тебя целовал. Я еле сдерживаюсь, чтобы… – Он остановился на полуслове.

– Чтобы что? – Я услышала улыбку в собственном голосе. Даже мне он показался… счастливым.

Калеб не мог мне сопротивляться. Калеб, шикарный и обворожительный парень, которого хотели все, не мог устоять передо мной, той, которая привыкла, что ее не хочет никто. Это казалось немыслимым.

Он прищурился.

– Ты что, специально меня провоцируешь?

Он вдруг посерьезнел, взял мое лицо в ладони и заставил на себя посмотреть.

– Что тебе нужно, Алая? – прошептал он хриплым голосом.

Я открыла рот, но ничего не сказала. Неужели он еще не понял, что я передумала и теперь хочу, чтобы он меня поцеловал? Неужели он не понял намеков?

– Скажи вслух, иначе я не стану этого делать, – заявил он, гипнотизируя меня, и я сдалась.

– Поцелуй меня, Калеб.

Мне не пришлось просить дважды. Его рот завладел моими губами. Легкие поцелуи канули в небытие, отныне было покончено с уговорами и мольбами. Меня заклеймили. Одна рука легла мне на спину, прижимая меня к Калебу, а другая утонула в моих волосах, придерживая голову, углубляя поцелуй.

«Ты моя», – означал он. Мы долго, долго целовались.

Глава 10

Вероника

После звонка будильника прошло несколько минут, но я еще валялась в кровати, обдумывая вчерашний вечер, когда услышала, как в дверь тихо постучали.

– Калеб? – позвала я настороженно.

– Можно войти? – пробормотал он за дверью.

– Нет! – Я быстро села на кровати, думая, что с утра изо рта наверняка воняет как из крысиного гнезда. – Дашь мне пару минут?

Мне не хотелось ждать ответа. Я метнулась в ванную, почистила зубы и торопливо собрала волосы. Я застыла, обратив внимание на собственное отражение в зеркале. Во мне что-то изменилось. Щекам вернулся румянец, а глаза стали ярче.

– Алая?

Громко вздохнув, я открыла дверь. Там стоял Калеб и улыбался. При виде меня его глаза загорелись. Даже с растрепанными волосами и следами от подушки на левой щеке он выглядел потрясающе. Сердце у меня так и замерло.

– Ты спишь голой? Поэтому просила подождать?

Я покраснела, но парировала:

– Что, так хочется узнать?

Его глаза блеснули и сразу выдали, что он об этом думал.

– Можно войти?

Он поднял руки, и я заметила поднос с едой. На тарелке лежали неровные блинчики, сбоку было масло с сиропом, а с ними соседствовала миска с порезанной клубникой, чашка горячего зеленого чая и стакан апельсинового сока. На краю лежала роза.

Я подняла на Калеба глаза, когда он откашлялся. Я поняла, что все это время глазела на еду с трепетом в сердце.

– Я приготовил блинчики, потому что вчера мы их так и не сделали, – объяснился он. Неужели он покраснел?

– Прости, они у меня немножко не получились.