В груди самого сильного бога из радиуса в сорок метров появилась дыра. После чего наконечник алого копья достиг уже образованной дыры, идеально входя в неё. Причина и следствие достигли нужного результата, отчего я вновь мог двигать копьём.

И высунув его из тела умирающего божества, напоминавшего человека с эффектом зловещей долины, я походя снёс ещё несколько голов одним-единственным взмахом. На полной скорости, да, но всё равно походя — они увидели лишь сверкнувший алый оттенок моего оружия.

И только после этого и аналогичных действий со стороны Скатах, только в большем масштабе из-за сразу двух Гаэ Болгов, нам смогли хоть что-то противопоставить.

Огромные молнии тотчас сформировались в воздухе, принявшись по безумным траекториям и с внушительной скоростью устремляться в нашу сторону.

И когда из них врезалась в моё плечо, не до конца ушедшее с траектории, я понял, что это всего лишь отвлекающий манёвр. Для своей скорости эти молнии были слишком слабыми, даже не обжёгшими кожу на правой руке, не защищённой Ормбрюниром.

— Охо! — подал я впечатлённый голос, когда один из богов, видимо, самый сильный из всех собравшихся здесь, принялся в атмосферное влияние.

Над землями весьма споро сформировались тучи, середина которых активно сверкала молниями... Молниями, в один прекрасный момент собравшимся в одну гигантскую, сверкнувшую ослепительно даже для моих глаз, в которые она и ударила.

Хоть магия и не могла воссоздать скорость настоящей молнии, скорость всё равно была более чем впечатляющей — отчего я решил не тратить время на бесполезное укрепление, а просто-напросто направил Тоуки на укрепление собственной прочности вместо всего остального.

Такой трюк лучше не повторять часто, иначе начнётся постоянный перекос, но раз в месяцок-другой вреда никакого не будет.

Так что встретил я молнию с ухмылкой и Гаэ Болгом, державшимся в руке на момент посоха с острым навершием.

...И когда свечение ослабло, я нагло ухмыльнулся да сдул попавший на лицо волос — причёску мне это всё-таки испортило.

Ну а уж когда мой целый вид увидел хозяин этой молнии, он закономерно побледнел — этот старик с длинной белой бородой, крыльями... Кажется, это местный Бог Грома — Лэйгун.

Но на фоне Тора... Даже не смешно.

Жалкий таракан, не достойный даже убийства мною... Так, стоп, дражайший мой Курруид, я понимаю, у меня тут боевой кураж — мы за минуту убили чуть ли не больше божеств, чем видели в своей жизни до сего момента, но всё-таки...

В ответ копьё отозвалось в ладонь едва заметной вибрацией, выдающей неосознанное и скорее животное недовольство остатков сущности Курруида, что после обретения Крушителя Баланса словно проснулись и позволяли себе вот такие вот взбрыки.

Их можно подавить — да вот времени на практику попросту не было, если мы, конечно, не хотели раскрыть один из своих козырей всем наблюдателям, что на Руси, что в Средней Азии, что в Поднебесной.

...Хм?

А вот это уже интересно.

Резко размахнувшись на том же материальном облаке-транспорте местных божеств, я со всей силы метнул Гаэ Болг прямиком в парящего Бога Грома.

Среагировать на это он банально не успевал, ведь мой бросок был даже чуточку быстрее, чем его магическая молния — что наглядно показывало разницу в наших возможностях.

Но он всё-таки выжил. Как раз благодаря тому, кого я заметил чуточку раньше. Тому, кто заявился в закрутившихся облаках и тучах, отбив Гаэ Болг своим трёхзубым копьём. Тому, кто в отличии от остальных китайских богов, нами убитых за считанные движения, был облачён в полноценную боевую броню.

Следом раздался яростный лай его собственной охотничьей собаки, фактически гончей Сяотянь Цюань. Да уж, видимо все копейщики, вне зависимости от части света, обречены быть связаны с охотой и собаками. Отчего наша встреча ещё ироничнее.

— Явился всё-таки, лучший воин Небес, Эрлан-Шэнь. — оскалился я, ловя в ладонь прилетевшее копьё.

— Гость с Запада. — коротко кивнул тот единственный, кто в Поднебесной достоин называться полноценным и сильным Богом.

Он даже сильнее Чернобога, право слово. И при всём этом, большая часть его силы не проистекает из-за связи с частью Преисподней или иного другого мира, не из веры, а бывшая сугубо собственной. Прямо как у Тора или Одина — что впечатляет, без сомнений.

— Будешь драться? Ты же вроде как считаешься справедливым богом. — хмыкаю я в ответ, готовясь в любой момент перейти в Крушитель Баланса. Ибо без него победа над ним мне в одиночку не гарантирована — а Скатах занята остальной мелкой шушерой, что активно бегала от радиуса действия козыря Гаэ Болга, оттягивая момент собственной смерти.

Да и возможность полёта им сильно в этом помогала.