Битва с Небесными Драконами, заставившая понести всю расу чудовищные потери, заставила демонов усовершенствовать свои силы хотя бы таким образом.

— Оп-па... Недурно! — едва слышимо раздался чей-то весёлый голос, заставивший Милликаса наконец-то резко подняться из земли и метнуть взгляд в сторону звука.

Туда, где сейчас стоял этот синеволосый смертный, закинув своё проклятое копьё себе на плечо — и разделённый с демоном мощным вихрем демонического ветра, в Оке Бури которого Барбатос и находился.

— Я. Тебя. Прикончу. — практически по слогам прошипел глава Столпа, наплевав уже на тот факт, что он злится на какого-то человека.

— Без проблем... Но для начала я разберусь с одним раздражающим пророком. — пожал плечами этот полубог, и недолго думая, сорвался с места со всё той же бешенной скоростью.

Прямиком к стоящей на прежнем месте аловолосой демоницы из Столпа Гремори — одной из дочерей Рунеас, Лилим.

Которая, так-то, была обещана за одного из его собственных сыновей... Не говоря уже об всей полезности способностей пророков, даже несмотря на провал Рунеас в вычислении этой засады.

...Или она знала об этом, но руками смертных решила прикончить его? Разменяв на дочку?

В любом случае, теперь он со своей невесткой был в одной лодке — и лишь по этой причине решил спасти её от немедленной смерти.

...Резко выдохнув, Милликас создал десятки Магических Кругов вокруг себя.

Круглые, зелёные и с символами его Столпа по всей поверхности, они принялись исторгать себя чудовищные порывы воздуха во все стороны. Настолько, что они были способны сметать здания, разрывать в своих тисках ангелов и падших... Словом, в контроле воздушкой стихии и заключалась наследственная черта Столпа Барбатос.

Может быть она не так ужасна в своей сути, как Сила Разрушения... Но масштабные разрушения могла причинять как бы не лучше неё...

Но в точечных воздействиях всё-таки оказывалась не так хороша.

Недовольно цокнув, демон с возрастающим недовольством заметил, как его противник хоть и остановил продвижение к едва не задетой ветром демонице, но и не собирался улетать от воздействующей на него воздушной стихии.

— Какого... — только и мог выдать глава Столпа, с лёгким шоком наблюдая, как мужчина разворачивается в его сторону, и сопротивляясь бьющей в лицо стихии, постепенно принявшись приближаться.

С явственным трудом, но он вполне уверенно шагал вперёд, сжимая в ладони своё насыщенно-красное копьё, источающее неясную тревогу.

Это... Опасно.

Очень опасно.

— Гаэ... — только прозвучало первое слово человека, как инстинкты демона взвыли в полный голос.

Буквально завопили, требуя и обязывая всё его существо немедленно пойти ва-банк — тело демона буквально похолодело, заставляя ощущать себя точно также, когда на него мимолётом взглянул Белый Император Драконов во время битвы. Это отвратительное, ненавистное ощущение, что ты вот-вот умрёшь...

Капли пота появились на лбу побледневшего до состояния мела демона.

...В ту же секунд огромный, просто гигантский в своём диаметре Магический Круг возник над всем полем боя, и оттуда вырвался чудовищный поток ветра, буквально вбивший в землю по колени всех присутствующих, и к счастью, прервал это ощущение скорой смерти, исходившее от отвратительно сильного смертного.

И поток этот был настолько огромным, что никто даже рта не мог открыть — любой звук просто-напросто сметался бушующим порывом воздуха, давящего не хуже силы гравитации одного из Столпов. А раз этот человек начал говорить, то для его странной силы требуется звуковая команда... И в области, когда её нельзя произнести...

Демон ухмыльнулся.

Потоки ветра обходили его фигуру, позволяя свободно взлететь и сверху вниз посмотреть на человека.

Человека, что вытянул в его сторону кончик своего алого копья.

— И что ты мне... Сделаешь?.. — внезапно замедлились слова самого Барбатоса, когда на кончике лезвия вспыхнуло миниатюрное Солнце.

Которое за удар сердца резко увеличилось в два раза. Затем в четыре. Затем в шесть. Затем в восемь.

Пока не достигло уровня, начинающего угрожать даже главе Столпа — особенно учитывая традиционную уязвимость демонов перед Святым и Магическим светом.

И лучам которого было плевать на демонический ветер — хотя тот сдувал даже магические атаки...

Понимание у Милликаса наступило мгновенно — ведь божественный отклик этой силы был также неоспорим и очевиден. Полубог задействовал свою божественную кровь, а оттого... Это может быть действительно опасно.

Щёлкнув пальцами рук, Милликас сконцентрировал ветер вокруг себя таким образом, чтобы заставить себя просто выдуть с зоны поражения.

Солнце тем временем вспыхнуло ещё сильнее, да сорвалось вперёд с бешенной скоростью, при этом начиная пульсировать ещё сильнее, меняя цвет с оранжевого на белый. И оттого осознание пришло к демону довольно быстро — человек просто взял и дестабилизировал собственную божественную силу, заставляя её пойти в разнос и банально подорваться.