Последнее Утренняя Звезда буквально выплюнул, причём с таким количеством яда, что хватило бы отравить все колодцы в Израиле.

— Брат... Ты лишился возможности это узнать, как только предал Его великое дело, и посчитал, что Он может ошибиться. — мягко покачал головой означенный брат, с сожалением прикрыв глаза на печальном лице, бывшим таковым уже многие столетия... Как раз с момента, когда Пали первые ангелы.

На его его голове сиял круглый нимб, освещая длинные светлые волосы на невероятно красивом лице.

(Это Михаил... И Миша парень. Точно. Нет, не смотрите на то, что Гавриил в DxD у нас Габриэль и вообще женщина)

Оранжевые глаза Люцифера и зелёные Михаила встретились в очередной незримой борьбе. Споры на счёт многих вещей начались у них ещё во времена бытия на Небесах, а сейчас... Они едва сдерживались, чтобы не начать битву для выяснения старых-добрых отношений старших и младших братьев.

— Воу-воу-воу... Братьям вообще нужно в мире жить! Вы же семья... — подал голос Азазель, и тон его был откровенно издевательским. — Что? Что вы на меня так смотрите? — оглядел обоих собеседников мужчина, одетый в тёмный плащ с распахнутой грудью. — Где я вообще, и где... Люцифер, блин! — недовольно проворчал резко дёрнувшийся падший, когда рядом с ним промелькнул чёрно-алый и дергающийся на протяжении всей своей длины, энергетический луч самой Силы Разрушения.

Силы, что уничтожала на своём пути сам солнечный свет и тень, ведь ничто не могло пережить её попадания, апофеоза самого разрушения. От неё можно было только сбежать, уйти прочь, уклониться, только лишь бы не встречаться с тем, что убивает всё живое и неживое на своём пути.

...Ведь в конце-концов все особые наследуемые способности Столпов Демонов были получены ими из арсенала самого Люцифера, поделённого на Семьдесят Две более-менее равные части.*

* — в каноне это не сказано, но было бы крайне странно, если создания владели теми способностями, которыми не обладал бы их создатель. Приём крайне полезными и эффективными способностями. Подробнее дальше в главе.

— Азазель... — мягко улыбнулся Архангел Господень, но тоже для проформы призвал огромное световое копьё в свою ладонь. — Твоя непосредственность не меняется, но сейчас требуется проявить твёрдость. И я прошу тебя не вмешиваться в эту ситуацию — вы пали, безусловно... Вы подтолкнули людей Содома и Гоморры к тому, что там потом было... Но даже Падшие, вы в некоторой степени всё равно Ангелы... И не обратились в этих отвратительных, противоестественных... Демонов.

— Отвратительны? А не за это ли людей полюбил Отец? За их несовершенство, за их свободу... Я даровал демонам ровно тоже самое, Михаил! — громко рассмеявшись, Люцифер распахнул руки в стороны. — Они несовершенны настолько, насколько это возможно. Они грешны подобно людям и даже лучше... Я дал им с Лилит ровно всё то же самое, что было у людей! Так быть может Отцу стоит возлюбить их больше, чем людей? Я так хотел ему задать этот вопрос хотя бы сейчас, даже без своей армии пришёл... Но вместо него вижу лишь его главного подхалима и сумасшедшего экспериментатора, отвергнувшего перерождение в куда более совершенное существо...

— Мне мои перья нравятся больше этой твоей кожи. — в своём неподражаемом стиле фыркнул Азазель, махнув своими крыльями и позволив с десятку маленьких пёрышек начать опадать на землю. — Так что откажусь ещё раз, если это было очередное распоследнее приглашение присоединиться к вашей компашке с Вельзевулом, Асмодеем и Левиафан... Вот если бы ты был такой же большегрудой смуглой милашкой как Левиафан... — почти мечтательно вздохнул Азазель, за что вынужден вновь уклоняться от очередной ленивой атаки бывшего любимца Бога.

Вновь состоявшей из Силы Разрушения, коей Утренняя Звезда так беззаботно и беспечно раскидывался, словно это была не одна из сильнейших наступательных способностей среди всех мифологий в целом.

— Полагаю, переговоры на этом окончены. — с искренним сожалением вздохнул Михаил, покачав светловолосой головой. — И вероятно, наша будущая битва перетечёт в нечто куда более глобальное и непоправимое, верно же, брат мой Люцифер?

— Потому что пора закончить этот абсурд. — холодно отозвался платиноволосый демон, концентрируя в собственной ладони новую сферу Силы Разрушения, но теперь уже куда более серьёзную и являющейся преддверием новой атаки. — Слишком долго я позволял существовать как моим врагам, так и этим смертным тараканам... Только демоны останутся, Михаил. Но так и быть, когда ты будешь стоять передо мной на коленях, я дарую тебе Падение и Перерождение в демона. Прямиком на глазах нашего Отца... — исторгаемые оранжевое свечение радужки Люцифера сверкнули немаленьким таким предвкушением.