— Он эвакуирован в резервный блок! Не убивайте! — с животным ужасом выпалил один из выживших яйцеголовых, когда я проломил стену в очередную лабораторию и задал соответствующий вопрос.

В Западном секторе ученых, к слову, было гораздо больше, нежели в Центральном. Что неудивительно, учитывая, что именно Центральный пострадал больше всего из-за моей взрывной харизмы и сейчас представлял собой медленно остывающий кратер.

Касаемо же «резервного блока», так, судя по выбитой информации, назывался небольшой, изолированный сектор временного содержания на самой поверхности. Расположен он был еще западнее, фактически на окраине островной промзоны. Я не стал плутать по коридорам, просто рванув вертикально вверх в лифтовой шахте. Спустя минуту, снеся потолки и пробивая бетонную коробку здания, я вырвался наружу и рухнул прямо в центр оживленного, огромного ангара.

Десятки ученых комплекса сновали как в жопу ужаленные. Между ними лавировали вооруженные до зубов безопасники, пытаясь навести порядок, и обслуживающий персонал, толкающий биоконтейнеры. В одном месте, у дальних ворот, плотное оцепление охраны катило по коридору массивный, укрепленный титаном хирургический стол. На нем была намертво зафиксирована огромная, вздувшаяся фигура с ярко-красной, выглядящей как хитин вареного краба, кожей.

Я убил всех.

Всех людей в униформе и халатах. Плазма резала плоть, взрывы разметали охрану по углам. Ангар превратился в бойню за тридцать секунд.

Пациентов я не трогал. Напротив, я аккуратно помещал их внутрь своих оранжевых энергетических барьеров и мысленно, как воздушные шарики, тянул за собой. Мужчины и женщины. Старики и дети. Нормальные внешне, истощенные до состояния скелетов, и жуткие мутанты, с которыми я понятия не имел, что делать дальше.

Кому требовалось экстренное лечение или остановка кровотечения, я старался его предоставить на ходу. Но вот что, мать вашу, было делать с женщиной, у которой из-за генетических экспериментов была буквально прозрачная кожа, прозрачные мышцы и абсолютно прозрачная кровь?! Отчего ее скелет и бьющиеся внутренности выглядели так, будто бы их поместили в стеклянную анатомическую статую. Я не представлял, как это лечить сейчас. Зелье Тролля тут явно не поможет.

И таких экзотических, сломанных пациентов было большинство… Яйцеголовые ублюдки «Арк-М» будто бы негласно соревновались в том, какую наиболее мерзотную, антинаучную хуйню они смогут сотворить с человеческим телом.

Пациент, чья голова грубо, с торчащими скобами пришита к тучному телу блядской свиньи? Пожалуйста. Целых двенадцать таких. Причем в качестве доноров использовались не только свиньи, но еще и собаки, коровы, тигры и прочие зверушки.

Они, кстати, вопреки моим опасениям, оказались вполне разумными. И… заливаясь слезами, умоляли меня их убить. Прямо здесь и сейчас. Прекратить этот ад. Убивать я, увы, хотел только выродков в белых халатах и черной боевой униформе, а не их жертв. Буркнув сквозь зубы, что постараюсь найти способ вернуть им человеческие тела, я захватил этот гротескный зоопарк в барьеры и двинулся дальше.

Слепые, плачущие дети с человеческими глазами, зачем-то пересаженными им в ладони, меня даже не особо удивили после людей-зверей. Уровень местной извращенной фантазии я уже понял. А вот комната с синекожими, покрытыми инеем пациентами заставила задуматься. Неужели проделки Фриза? Уж слишком температура в этом изолированном блоке была низкой, дыхание вырывалось облачками пара. Конкретно эти пациенты находились в глубокой коме внутри криогенных капсул, поэтому, не став их трогать, дабы ненароком ничего не разморозить и не сломать окончательно, я двинулся дальше.

Толпа спасенных, парящая в куполах позади меня, росла с каждой минутой, уже не вмещаясь даже в широкие коридоры ангара. Но, к счастью, удача оказалась на моей стороне, и очередной, не желающий умирать в муках яйцеголовый дрожащей рукой дал мне направление к объекту «Рептилия». До него оставалось всего два поворота. Поблагодарив ученого быстрым, безболезненным превращением в неживую мумию, я вынес последнюю гермодверь и наконец оказался в палате Уэйлона Джонса.

Выглядел парень…. откровенно хуево.

Нет, в гигантскую антропоморфную рептилию он еще не превратился. Всё же с момента его захвата прошло лишь несколько дней, генная мутация — процесс не быстрый. Но первичные признаки грядущей трансформации уже начали проявляться.

Бессознательно болтаясь в густой, фосфоресцирующей медицинской жидкости внутри массивной бронированной капсулы, Уэйлон представлял собой эталонного, перекачанного стероидного бодибилдера, слишком увлекшегося фармой. Он и раньше был очень крупным парнем, но сейчас его мышечная масса стала выглядеть абсолютно ненормально. Он вырос как минимум на целую голову в высоту и раздался в плечах раза в полтора.