А я не могу уйти, мне нужны эти деньги!

Но этого я, конечно, не говорю, потому что знаю: мои проблемы никого не касаются и рисковать репутацией ресторана никто не будет. Поэтому я неуверенно киваю и снова натягиваю улыбку, но она дрожит.

— Хорошо, — произношу надломленным шепотом, но уйти не позволяет ладонь, опустившаяся на мое плечо. По-доброму. Мягко и тепло. Карина с пониманием сжимает его.

— Я дам тебе неделю отгулов. За это время сходи к врачу, сдай анализы, да и вообще проверь здоровье.

***

Я в отчаянии. Моя жизнь разваливается прямо на глазах. И я не знаю, как все остановить…

За последние двое суток меня отправили домой с двух рабочих мест. А это значит, что мне засчитают неполные смены, если вообще засчитают…

Вернувшись в квартиру, игнорирую разбросанные вещи, немытые полы и гору грязной посуды в раковине… И не только.

Бардак и в жизни, и в съемной квартире, на уборку которой я в последнее время не могу найти ни сил, ни времени.

Выпив стакан холодной воды, вытираю рот рукой и плетусь в спальню, где меня встречает неубранная кровать с набросанной поверху одеждой, на которую я тупо заваливаюсь и устремляю взгляд в потолок.

Пытаюсь сделать вдох, но что-то блокирует эту попытку, а в следующее мгновение комнату наполняют уродливые звуки моих рыданий.

Я плачу и плачу, пока не проваливаюсь в туманный, беспокойный сон.

Наутро моя голова кажется набитой грудой камней, и мне с большим трудом удается оторвать ее от подушки.

Присев на кровати, скрючиваюсь и замираю так на некоторое время, прислушиваясь к своему организму.

И только когда понимаю, что чувство тошноты не мутит голову, заставляю себя подняться.

Вот только ощущение усталости никуда не делось, наоборот, кажется, оно только усилилось.

А дальше все как на автопилоте.

Принимаю душ, чищу зубы и готовлю себе завтрак, который через силу собираюсь запихнуть в себя. А когда он просится обратно, вынуждая меня рвануть в ванную и согнуться над унитазом, понимаю, что это была последняя капля моей трусости.

***

— Исходя из ваших анализов и исследований УЗИ, могу смело заверить вас, что вы на тринадцатой недели беременности, моя дорогая.

Уставившись на гинеколога, хлопаю ресницами и забываю, как дышать.

Тринадцатой недели… О господи…

Но врач не видит моих эмоций, что-то заполняя в документах.

— А чего вы ждали? У вас уже начало второго триместра. Вам нужно срочно вставать на учет и проходить обследование.

Оторвавшись от писанины, она поднимает голову и встречается со мной взглядом.

Я не знаю, как сейчас выгляжу, но, судя по смягчающемуся лицу врача, плохо.

— Правильно ли я понимаю, что для вас эта новость внезапная?

Несколько раз киваю.

— Я думала… у меня был просто вирус, и я не набрала в весе… Беременные же должны толстеть?

Женщина снисходительно улыбается.

— Необязательно. Некоторые худеют из-за токсикоза, а живот не растет за счет крепкого мышечного каркаса. В таких случаях округлость проявляется позднее. Судя по тому, что мы имеем, у вас, Алена, поздний токсикоз, и он может продлиться до восемнадцатой недели. Я дам вам рекомендации, которые помогут снизить тошноту. В случае если она продолжится, вас придется перевести на дневной стационар, чтобы прокапать. Ваш вес ниже нормы, и это нехорошо. У вас так же понижен гемоглобин, и наблюдается недостаток уровня железа. Здесь я написала рекомендации и необходимые препараты. Начинайте пить витамины, нормально и правильно питаться и обязательно восстановите режим сна. Это важно. Особенно для женского организма. Особенно беременного.

Мое горло дергается, и я в неверии качаю головой.

— Я… Могу я… Возможно ли прервать… беременность?

Женщина снимает очки. Складывает на стол и поднимает на меня понимающий взгляд.

— У вас нет медицинских показаний к прерыванию беременности. Под социальные показания вы не подходите…

— И… и что же мне делать? — капелька боли ускользает из глаз, и я быстро вытираю ее рукавом. — Я не готова… я… у меня нет нормальной работы… мне никто не оплатит декрет… Я не справлюсь! НЕ СПРАВЛЮСЬ! Понимаете?!

Судорожные вздохи срываются с губ. Меня трясет. Я не в себе…

Врач напряженно вздыхает, а затем встает и садится рядом со мной на кушетку.

Ее ладонь опускается мне на спину и начинает медленно поглаживать.

— Тише, дорогая. Я понимаю ваши страхи…

Я резко разворачиваюсь к ней всем корпусом.

— Понимаете?! У вас тоже финансовые проблемы? Вас бросил парень, по вине которого вы залетели?! Или, может, вы работаете в ночном клубе и подрабатываете днем, чтобы свести концы с концами? А еще у вас мать-алкоголичка, которой абсолютно плевать на то, что ее дочь будет матерью-одиночкой?! Матерью-одиночкой, у которой даже нет своего жилья! Вы уверены, что понимаете мои страхи?

Женщина натягивает уголки губ.