Мы с Дэвидом обменялись короткими взглядами. И готов поклясться, я почти услышал его голос у себя в голове. И ни одного цензурного слова он не произнес. Ведь именно там, внизу, сейчас спала накачанная транквилизаторами бомба замедленного действия.

Молча, мы, словно под конвоем, спустились на цокольный этаж. Банный комплекс федералов не особо заинтересовал. Если, конечно, не считать личного любопытства Харгроува — нашему дому этот квадратный мужик симпатизировал все больше и больше. И это напрягало.

Мельком прошерстив прачечную, заглянув в пустующую сауну с характерным запахом кедра и комнату с купелью, агенты двинулись в северное крыло. И чем ближе мы подходили к двери в «кабинет» Коула, тем сильнее пульсировала кровь в висках.

И вот, когда идущий в авангарде Паркер свернул именно к этой двери, полностью проигнорировав заваленную хламом комнату напротив, я шумно выдохнул. Старался максимально показать облегчение.

Я знал, что Питер обязательно уловит такое изменение в моем настроении. И надеялся, что он сделает единственно верный вывод — здесь Вэнсу скрывать нечего, он явно переживал за кладовку напротив. Классический метод обмана полиграфа, только вместо машины у меня был сам Паркер.

Так оно и вышло. Зыркнув на меня исподлобья удивленным взглядом, Питер толкнул дверь и широким шагом вошел в комнату к спящему Коулу. Я тенью скользнул следом.

— Почему у тебя человек спит в подвале? — Задал он вполне логичный вопрос, остановившись прямо позади кресла, в котором, пуская слюни на столешницу, дрых паренек

— Стахановец. Работал допоздна, вот и вырубился прямо на рабочем месте. — Беспечно пожал я плечами. — Сам никогда на работе не засыпал, что ли?

— Нет. Не засыпал. — Коротко ответил Паркер, пристально изучая парня. Медленно потянул лапу к плечу парнишки.

— А, а, а… Агент Паркер, я бы на вашем месте этого не делал! — Тут же коршуном нарисовался Дэвид. — Человек спит. Он неприкосновенен, недоступен для допроса. Не абонент и не абонемент. Пока у вас нет ордера на его личное задержание, не смейте даже пальцем трогать моего клиента. Иначе я расценю это как физическое нападение.

Питер замер. Воздух в комнате, казалось, можно было резать ножом. Он нервно сжал ладонь в кулак — так сильно, что хрустнули суставы, затем плавно убрал руку.

— Эй, парень. — Не повышая голоса, позвал он Коула. Знал, что крикни он раз и опять же иск ему обеспечен. Как же великолепно, когда права человека это святое! — Эй… Райкер. Подъем.

Реакции не последовало. Снотворное работало как кувалда — надежно. Парнишка даже веком не повел, продолжая мерно сопеть.

— Чисто, шеф. — В очередной раз доложил один из агентов.

— Ясное дело, что чисто. — Хохотнул кирпичеголовый Харгроув, словно бы случайно превышая дозволенный уровень шума. Хитро, хитро. — Тут комната, голые стены. И искать-то нечего, идиоты… Паркер, у тебя тут все?

Питер еще с полминуты задумчиво, как статуя, постоял над сопящим Коулом, буравя его затылок взглядом. Затем молча развернулся и пошел на выход. Шаг, второй, третий и вдруг, на полпути замер, будто вспомнив о чем-то очень важном. Опустил глаза на толстый черный провод, что тянулся от розетки к центру комнаты, питая оборудование.

— Медная сетка, медные провода. — Медленно произнес он, словно пробуя эти слова на вкус.

— Не понял? — Остановился рядом с ним Харгроув.

— У остальных адресатов в накладных была обычная краска, гидроизоляция, базовый утеплитель. Но вот медной сетки ни у кого, кроме гребаного Вэнса, я не видел.

— Паркер, к чему ты клонишь? — Оглянулся на нас квадратный мужик. — Думаешь мы упустили что-то?

— Нет, тут ваших денег нет Харгроув... — глухо выплюнул Питер. — Эти люди не врут.

Наступив тяжелым ботинком на провод, Паркер зашагал к выходу, так и не закончив мысль про провода и сетки. То, что только у нас были эти позиции, бесспорно плохой знак, но не смертельный. Ибо это все еще стандартные материалы для ремонта. Тем более мы доказали свою непричастность к делу. Так что У Питера ничего нет, только его догадки.

***

Еще около часа понадобилось агентам, чтобы досконально проверить вторую подвальную комнату и еще раз перелистать бумаги в офисе. Не обнаружив ровным счетом никакой документальной взаимосвязи между нашей студией и криминальными делами Мейгана, Харгроув приказал своим сворачивать лавочку. Напоследок он даже сухо извинился за излишнюю нервозность Паркера и причиненное беспокойство.

— По машинам. — Бросил квадратный агент, проходя мимо Питера, задумчиво изучающего крышу нашего дома.

— Не такой уж ты и кретин, Вэнс. — Перевел Паркер на меня тяжелый взгляд. — Если бы ты подписал накладную, уже грел бы нары в федеральной тюрьме.

— Какое плохое зло я тебе сделал, Питер? — Вскинул я бровь, облокотившись на косяк двери. Этот вопрос тревожил меня с первой нашей встречи. — Чего ты так взъелся на меня?

— Прическа мне твоя не нравится. Мужики с такой не ходят. — Буркнул он и, сунув руки в карманы плаща, неторопливо двинулся к серому Форду, где его уже дожидались соратники.