Я пришла на работу не за час, а за целых два. Потому что от нервов спать всё равно толком не получалось. Башня “Авириона” — сверкала в лучах рассвета. Стекло и металл, острые грани, чётко выверенная геометрия — можно лишь по виду определить, что в этих стенах работают преимущественно атлантианцы.

Что радовало — меня не поджидали вооруженные охранники. Значит, есть шанс, что Линда права. Но даже так я всё равно замерла у входа и вот уже минут пять нервно поправляла свой форменный китель. На пробу я пыталась придать своему лицу самое супер-спокойное, отстранённо-вежливое выражение и рассматривала результат в отражающей поверхности башни у входа. Вроде хорошо…

— Непростое утро, виана Эмилия? — раздался позади знакомый, чуть насмешливый голос.

Вздрогнув, я обернулась.

Ко мне приближался виан Сайрус — мой коллега и, пожалуй, единственный хороший приятель среди всего этого сборища высокомерных атлантианцев. Молодой мужчина, лишь на пару лет старше меня, он выглядел как классический представитель своей расы: высокий, подтянутый, с тёмными, доходящими до плеч волосами, забранными сегодня в низкий, аккуратный хвост. У него были чёрные глаза, как у всех атлантианцев, но в них, в отличие от ледяных провалов Ксенона, часто плясали живые, любопытные искорки.

— Доброе утро, виан, — откликнулась я. — Как твои дела?

— Дай-ка подумать… — Сайрус постучал пальцами по золотому набалдашнику своей сложенной трости-накса, убранной в поясную кобуру. — Дома закончились зёрна, и сегодня утром доставка привезла новые, но обжарка оказалась с отклонением на 9% от той, что я заказывал. Непристойное, зверское отклонение! Так что я полчаса добивался справедливости своими методами, в итоге обжарщика уволят, а мне предоставят годовой запас зёрен бесплатно, что впрочем всё равно не компенсирует отсутствие нормального кофе сегодня утром. В общем… день не задался. Но вот я увидел тебя, и моё настроение сразу сменило вектор на позитивный.

— О, твоё улучшение явно не из-за меня, Сайрус. Просто сейчас ты поднимешься в офис и там выпьешь приемлемый кофе.

— Это, конечно, тоже, — хмыкнул атлантианец. И вдруг он прищурился, будто сканируя моё лицо. — А у тебя что произошло, виана?

— У меня? — напряглась я.

— Да. У тебя такое выражение лица, будто случилось нечто крайне неприятное, — пояснил он, склонив голову набок. — например, тебе пожизненно запретили пить кофе по медицинским показаниям.

— Ничего такого!

Меня встревожило то, как легко он прочитал мои эмоции. Но я постаралась не выдать себя и сыграть органичную реакцию на его слова. Чуть возмущения, чуть недоумения. Но, кажется, Сайруса это не убедило. Он всмотрелся даже пристальнее.

— Хмм… — он подошёл ближе и, не успела я опомниться, как его указательный палец невесомо коснулся точки у меня между бровей. — Тогда почему так сурово хмуришься. Тебя кто-то обидел, виана? Скажи, и я сделаю его жизнь невыносимой… но только если это не босс. А то боюсь, всё получится наоборот. И невыносимой станет уже моя жизнь.

Вздохнув, я слабо улыбнулась.

Даже нелепо, что в первом же утреннем разговоре сразу всплыл босс. Просто не буду развивать эту тему.

— Твоя проницательность, виан Сайрус, достойна нашего следственного отдела, — проворчала я, и мы вместе направились к входу в башню. Пройдя процедуры проверки личности, ступили в лифт, который устремился наверх.

Лифт плавно остановился на нашем этаже. Мы вышли в просторный, залитый светом опенспейс, где рядами стояли рабочие столы. Пока ещё пустые. Я бросила взгляд в сторону кабинета виана Ксенона… в груди заскребла тревога. Пальцы дрогнули.

Нет-нет, нельзя паниковать!

Я само спокойствие. Вдох-выдох!

Пытаясь выровнять дыхание, я направилась за Сайрусом к кухонному уголку, где были установлены несколько кофемашин самого последнего поколения, каждая с тремя тысячами режимов, и примерно с пятью десятками видов зёрен на выбор.

Я принялась варить кофе, выбрав на сенсорной панели машины самую крепкую, “экстра-блэк” обжарку.

— Вот объясни мне, виан, — спросила я, вводя настройки. — Вот ты же атлантианец. А вроде нормальный. Почему так? В чём твой секрет?

— Я хорошо притворяюсь, — ухмыльнулся Сайрус, настраивая свою машину. — вдобавок моя мать — человечка. Мое детство – было полно «бесценного опыта» межвидовых коммуникаций. Это не секрет. Но я и не афиширую. Думаю, в нашем коллективе причину объяснять не надо. Однако мне показалось, что тебе сейчас полезно моё признание, виана-человечка. Я прав?

Я вздрогнула и случайно коснулась сенсора – моя кофе-машина перестала варить, встав на паузу от касания. Я спешно включила варку вручную вновь. Вот это новости! Сайрус – полукровка. И так легко мне сказал!

Но я поборола шок и лишь понимающе покивала. Вот оно что. Поверить не могу! Полукровка… Необычно! Потому что, как я уже прекрасно знала на своём опыте, почти все атлантианцы терпеть не могут людей. Но как говорят — исключения лишь подтверждают правила…