Вторая же причина ещё более странная. Я… совершенно внезапно для себя… разучился спать. Ну в смысле, души не спят. В Тысяче адов я не спал ни часа, вместо этого предавался довольно специфичной медитации, которая погружала сознание в транс, что позволяло отдохнуть ментально и не сойти с ума, но когда ты человек, из плоти и крови, она не работает, а как спать я забыл. Звучит так же странно, как если, например, забыть как ходить, но что есть, то есть.

Но, поворочавшись на полу часик-другой, куда я переместился с кровати, всё-таки незаметно для себя уснул. Тело оказалось куда более разумным, чем душа. А наутро меня разбудил колокол, которым будят учеников и послушников. Секта живёт по довольно строгому расписанию, которому приходилось следовать и мне.

Киара тоже уже была в комнате, сидела на кровати со своим привычно недовольным видом. Поразительно, как при такой красоте она ухитрялась постоянно ходить с такой пресной миной.

— Доброе утро, — сказал я, продирая глаза и невольно морщась от ощущений в теле.

Спал на полу, и спина об этом очень красноречиво напоминала. Всё-таки у души мышцы не затекают, а вот у человека из плоти и крови — вполне. Надо это все же начать учитывать, а не полагаться только на опыт прошлого.

— Для кого-то, может, и доброе, — буркнула она, всё ещё старательно избегая зрительного контакта. Видимо, вчерашний инцидент с кружевным бельём ещё не был забыт. — Задание.

Передо мной появилось окно.

[Получено новое задание]

[«Движение — жизнь! Стой на месте — сдохни (шутка… или нет)»]

[Киара, дочь 17-го владыки Тысячи адов, повелевает вам до заката сделать пятьсот приседаний]

[Награда: 12 очков духа]

[Штраф: титул «Слабак»]

— А почему не смерть? — спросил я, видя изменение в штрафах.

— Могу поменять на смерть, но тогда получишь меньше награду. Надо? — демоница надула губки.

— Как-то это несправедливо, — заметил я, поднимаясь и начиная разминаться.

— Большой штраф требует больше энергии, если у него нет хорошего обоснования. Я в своем великодушии преисполнилась и решила, что вместо жуткой и мучительной смерти стоит дать тебе два дополнительных очка духа. Но могу поставить смерть. Так надо?

— Нет, — мотнул я головой. — Тогда другой вопрос. Ты сказала, что можешь поменять… Ты только это можешь поменять в задании?

— Нет, могу хоть все изменить, но сложность уже задана, так что превратить пятьсот приседаний в десять не выйдет. Даже не надейся!

— В десять и не нужно. Просто пятьсот приседаний — это, конечно, замечательно, но если каждый день нагружать одни и те же мышцы, толку будет мало. Тело так не работает, ему нужна разнообразная нагрузка.

Киара нахмурилась, явно не понимая, к чему я веду.

— И?

— Раздели задание, — пришлось подсказать ей, стараясь выглядеть миролюбиво. Все же мы теперь на какое-то время связаны вместе, и лучше сделать из демоницы союзника, чем врага. — Вместо пятисот приседаний сделаем так: сто приседаний, потом километр бега, потом подтягивания. Сколько влезет. Так будут работать разные группы мышц, и я буду развиваться равномернее.

Киара задумалась, покусывая ноготь. Потом пожала плечами.

— Какие же вы люди сложные… Мне без разницы. Давай попробую.

[Задание изменено!]

[Этап 1: 100 приседаний]

[Этап 2: Пробежка 1 километр]

[Этап 3: Подтягивания, максимально возможное количество, но не менее 50]

[Награда: 10 Очков Духа]

[Штраф: титул «Слабак»]

— Доволен?

— А почему не двенадцать очков?

— А вот нечего просить изменений, они тоже силы отнимают. Так что давай уже, выполняй быстрее!

Приседания дались относительно нормально. Ноги после вчерашних отжиманий были более-менее свежими, ведь я их, можно сказать, и не задействовал, да и сотня — это далеко не пятьсот. Я закончил их минут за двадцать с перерывами и двинулся на пробежку.

Бежать решил по внешнему кольцу, по дорожке, которая огибает тренировочные площадки.

Утром тут всегда полно народу, Послушники наматывали круги под надзором наставников, и я просто влился в их поток. Никто не обратил на меня внимания, разве что пара учеников покосились с удивлением. Видимо, не привыкли видеть Пустышку на утренней пробежке.

Километр я пробежал, но назвать это бегом можно было лишь с весьма большой натяжкой. Скорее, быстрый шаг с элементами страдания. Легкие горели, в боку кололо, ноги к концу дистанции стали ватными. Тело напоминало, что его хозяин последние девятнадцать лет, вернее, всю свою физическую жизнь, предпочитал книги любым тренировкам.

А потом настали подтягивания. И вот тут я понял, что Киара при всей своей показной безалаберности умеет издеваться со вкусом.