Я сам удивился тому, сколько силы прозвучало в этих словах, но это была правда. Я не позволю ничему случиться с ней, пока мы здесь.

Она слабо улыбнулась и встала с кровати, и в тот же миг мне стало не хватать её рядом. Эти редкие проблески уязвимости эгоистично заставляли меня хотеть большего. Мне хотелось держать её возле себя и распутывать слой за слоем, пока она не впустит меня во внутренний круг, до которого так трудно добраться. Мне хотелось иметь для неё значение.

— Мне нужно собираться, — сказала она, собирая волосы.

— Да. Ты взяла с собой чёрное платье?

— Ага. И Гарет будет в синем, да?

— Он будет в цветах своего дома, — подтвердил я и наблюдал, как Квентин выходит из моей комнаты, наклоняясь вперёд, чтобы насладиться великолепным видом, пока она уходила.

Как обычно, я был готов первым. С её пунктуальностью всё было по-настоящему ужасно, и никаких признаков улучшения не наблюдалось, сколько бы замечаний я ни делал.

Когда она наконец спустилась по лестнице, мне пришлось изо всех сил сдерживать свои мысли. Её опоздание было последним, о чём я думал. Чёрное платье скользило по её изгибам, облегая её, словно вторая кожа, и имело щедрое, глубокое декольте.

Сегодня она не замечала, какое воздействие оказывает на меня. Вместо этого она выглядела нервной и осторожно смотрела себе под ноги, спускаясь по ступеням.

— Выйди из своей головы, Скотт, — сказал я ей, используя свою ауру, чтобы приподнять её подбородок, когда она сошла с последней ступени. — Ты всё контролируешь.

По крайней мере, она будет контролировать, если останется рядом с Богами. А я не собирался выпускать её из виду. Особенно когда она выглядела как искусительница.

Мы вышли из дома к отражающему источнику. Я стиснул зубы, молча проклиная нехватку времени, чтобы как следует насладиться ею. Вместе с остальными мы стояли на берегу, где вода была кристально чистой и отражала небо над нами.

В отличие от прошлой ночи, Квентин без проблем стояла рядом со мной.

— Может, нам стоит рассказать Хантеру, что произошло, — предложила Квентин, помахав Гарету в знак приветствия.

— Нет! Нет. Мы не хотим, чтобы он решил, будто весь этот проект — плохая идея.

Она задумалась над моими словами, прежде чем Гарет направился к ней.

— Как тебе всё это? — спросил он её.

— Напряжённо, — ответила она.

— Это ещё мягко сказано. Ты прекрасно выглядишь, Скотт.

— Спасибо. Ты тоже выглядишь вполне неплохо.

Что-то сжалось внутри меня, когда он сделал ей комплимент. Мне следовало сказать ей, как она выглядела, когда спускалась по лестнице. Следовало дать ей понять, что она будет занимать многие мои мысли сегодня — и ещё долго после.

— С тобой всё в порядке? — спросила Квентин. Её рука лежала на моей руке, вытаскивая мои мысли из грязного русла.

— Всё нормально.

Это прозвучало коротко и резко, и она мгновенно убрала руку. Мне захотелось схватить её обратно, но появились Эрик и Слоан, и мне нужно было сосредоточиться.

Моё настроение заметно улучшилось, когда мои крестники, спотыкаясь, направились к нам. Пока я играл с детьми, я услышал голос Квентин.

— Ой, здравствуй, — пробормотала она.

Когда я поднял взгляд, Тенли, единственная дочь Эрика и самая младшая до появления Като, смотрела на Квентин. Она подняла руки, и я увидел, как женщина запаниковала.

— Она не сломается, — сказал я, усмехаясь её реакции. — Она просто хочет, чтобы её подержали. Я могу —

— Всё в порядке.

Квентин наклонилась и подхватила её, усадив девочку на бедро, и Тенли засмеялась, обвив руками шею Квентин.

Осторожно Квен подошла ко мне, и я почувствовал на нас взгляд Эрика. В его голубых глазах мелькнуло предупреждение. Но кто будет обращать на нас внимание, когда мы собрались здесь ради Като?

Тенли положила голову на плечо Квен, и я усмехнулся. Она не была прирождённой няней, и Тен бросила её сразу в омут с головой.

— Что? — спросила она, глядя на меня.

— Ничего.

Хантер вышел вперёд, чтобы начать церемонию дарования. Толпа состояла из знати и младших Богов, которые вознеслись из нижней Элизии.

— Наше божественное право — при рождении быть наделёнными даром, к которому смертные будут взывать, — его голос прозвучал ясно.

Эрик держал Като на одной руке, другой обнимая Слоан.

Они были одеты в цвета своего дома и сияли от гордости.

— Эрик. Слоан. Вы приняли среди нас нового Бога. Как глава совета, я прошу от имени всех присутствующих сегодня, чтобы вы вошли в источник и позволили нам стать свидетелями дара, который он будет нести на протяжении своей вечной жизни.

Пара вошла в воду по пояс. Спокойная гладь источника запульсировала. Она закрутилась вокруг троицы почти как воронка, и я услышал, как Квен ахнула.

— С ними всё в порядке, — прошептал я. — Продолжай смотреть.