— И что же здесь творится, дитя? Мы странные, но всё, чем ты можешь нам угрожать — это публичное смущение из-за наших причуд. Это сработало бы с семьей куда более респектабельной, чем наша. Все и так знают, что мы эксцентричны. Что еще ты им скажешь? Здесь не происходит ничего по-настоящему скандального, и уж точно ничего преступного.

В глазах Лорны вспыхивает недобрый огонек:

— А что, если я скажу обратное?

— Кто тебе поверит? — вклинивается Джек. Она встает и передает сложенный листок бумаги. Лорна открывает его и бледнеет. — Какие бы враки ты ни плела об этом доме, найдется десяток людей, которые подтвердят, что ты лжешь. Десяток людей куда более уважаемых, чем уличная замарашка, которая…

— Откуда у вас…? — начинает Лорна.

— Не твое собачье дело, — отрезает Джек.

Я делаю шаг в сторону, чтобы заглянуть в бумагу.

— Но-но, мисс Мэллори, — Джек забирает листок. — Вас это тоже не касается. Как и вас, миссис Баллантайн, при всем уважении. Это дело между мной и мисс Лорной. — Она поворачивается к девушке. — Ты слышала леди. Она не принимает твое предложение и не торгуется. Она принимает твой вызов разболтать секреты. Я — не принимаю, о чем прозрачно намекает эта записулька. Услуга за услугу, девка. Око за око.

— Ладно. Я остаюсь на службе…

— Ага, ни единого шанса. — Я осекаюсь и смотрю на Айлу. — Простите.

Айла поворачивается к Лорне:

— Мэллори права. Ни единого шанса. Собирай вещи и уходи сегодня же. Хоть ты и не проработала полный квартал, я выплачу тебе за весь срок. Это не взятка. Я поступала так же с другими горничными, которые нам не подошли. Ступай. Твои деньги у миссис Уоллес.

Выставить Лорну оказывается не так-то просто, но вскоре она исчезает, и я бессильно опускаюсь в кресло, пока Айла достает с полки бутылку виски.

— Еще одной горничной меньше, — вздыхаю я. — Начинаю думать, что те, прежние, были не так уж плохи.

— Мне жаль, — говорит Айла. — Одолжим служанку у Эннис, пока я не найду замену.

— Так значит, у вас есть вакансия? — подает голос Джек.

— Да, — кивнула Айла. — Если ты знаешь молодых женщин, которым нужен шанс начать жизнь с чистого листа, возможно, тех, кто попал в беду, я бы с радостью с ними встретилась.

— О, та, кого я имею в виду, не в беде, но она впишется сюда куда лучше. — Она махнула в сторону двери, за которой скрылась Лорна. — Я сама претендую на это место.

Мы с Айлой обе уставились на неё.

— Это… работа горничной, — выдавила я. — Это значит…

— Мои родители были в услужении. Я и сама когда-то была горничной в покоях. Я справлюсь и пойду на это — в обмен на особые условия.

— Какие еще… условия? — осторожно уточнила я.

— Кое-чего я всё-таки хочу.

— Ну еще бы.

Джек улыбнулась так, что я готова была поклясться: у неё между зубами торчат перья съеденной канарейки. Она взяла брошюру с описанием наших последних дел.

— Я хочу стать официальным летописцем ваших приключений.

— О, мне жаль, — вставила я. — Но для этого тебе нужно быть писателем.

Она закатила глаза:

— Да, ладно, видимо, придется признать твою правоту.

— Правду в чем? — я приложила ладонь к уху. — Плохо слышно.

— Я — лучший криминальный репортер Эдинбурга, как ты и догадалась. Теперь я хочу писать… — Она помахала брошюрой. — Что-то получше этой дешевки. Официальные приключения доктора Грея и мисс Мэллори.

— Ты хочешь работать здесь ради «эксклюзива из первых рук»?

— Ради чего? А, ты про взгляд изнутри? Именно.

Я переглянулась с Айлой.

— Хм, — протянула Айла. Джек так и подалась вперед, прежде чем нацепить маску безразличия, хотя её так и подмывало сорваться с места. — Полагаю, ты готова к переговорам?

— Вполне. — Джек откинулась на спинку, снова закинув ноги на стол. — Торгуйтесь, мэм.

— Ты будешь выполнять все обязанности горничной в полном объеме, не перекладывая нагрузку на Алису или миссис Уоллес. Обычно нам не требуется работа в течение всего дня, но смена может длиться от четырех до десяти часов.

— Я и сама впахивала по десять часов, когда мне было десять лет. Прошу лишь об одном: если я управлюсь за полдня, мне будет позволено уйти раньше, а не торчать здесь в ожидании новых поручений.

— Договорились. Жалованье — пять фунтов в квартал при условии проживания и питания в доме, вдвое больше — без них.

— Давайте сойдемся посередине. Мне нужно лишь место, где можно преклонить голову время от времени, да случайный обед. Я бы предпочла сохранить свое жилье.

— Что касается хроники приключений моего брата — на это потребуется его разрешение.

— Разумеется.

— И если он согласится, я возьму на себя роль редактора.

Джек напряглась:

— Мне не нужен…

— Каждому писателю нужен редактор. Как редактор я буду иметь право вето на всё, что сочту неприемлемым: будь то вторжение в нашу частную жизнь, искажение фактов или насмешка над участниками событий.

— Значит, мне нельзя писать о том, как мисс Мэллори задирает зад кверху?